Усни, красавица

А ты одна. Пожалуйста, Лидочка, скройся.

– Но почему ты так настаиваешь на этом?

– Я не верю в то, что это история о несчастной любви. Мне кажется, что за этим стоят деньги или преступление, которое надо сокрыть. А получается, что ты слишком приблизилась к эпицентру событий. Хоть бы тебя не понесло вчера на эту дачу!

– Я там не заметила ничего, достойного внимания.

– Это ты так думаешь. Когда ты стояла у окна на кухне, тебе тоже казалось, что ты не видишь ничего особенного – номер машины, несколько лиц – всего-то делов…

– Это ты во всем виноват, повелитель, – ответила Лидочка. – Кто, кроме тебя, выбирает самолет, к которому приходится вставать в то время, когда по улицам ездят только бандиты?

– Хорошо. Я во всем виноват. Но я не хочу быть виноватым в том, что тебя не предупредил. И предупреждаю, если ты не уедешь немедленно…

– Сейчас? Когда на улицах только бандиты?

– Утром! Первым делом как проснешься. И не говори мне сейчас, куда ты собралась – у них есть замечательные средства прослушивать телефонные разговоры. И никому не открывай дверь.

– Ты говоришь, как мой лейтенант Шустов.

– Отношения с Шустовым мы разберем, как только вернемся в Москву. Ты обещаешь уехать?

– Спокойной ночи. Проверь, закрыт ли второй замок?

Лидочка честно проверила второй замок. Он был открыт. Она закрыла его. Но спать не было никакой возможности. До разговора с Андреем Лидочке в голову не приходило бежать…

Телефон зазвонил вновь. И вновь междугородный.

– Я вспомнил, – сказал он, – извини, если разбудил, но я вспомнил.

– О какой еще Татьяне? О шкатулке! Ты не спала?

– Прошло всего пятнадцать минут после твоего звонка!

– Неужели? А у меня ощущение, словно два часа. Потому что я интенсивно думал. Ты уверена, что шкатулка пустая?

– Понимаешь, прошло черт знает сколько времени, но у меня есть глубокое убеждение в том, что у шкатулки было двойное дно. И оно открывалось. Я совершенно не помню, как это делалось – хоть убей, не помню. Но чтобы не заниматься пустыми поисками сокровищ, проверь меня: смерь сантиметром высоту шкатулки снаружи, а потом внутри. Если разница сантиметра в два – имеет смысл поискать, что лежит в том пространстве. Может быть, дневники или хотя бы часть их? Ты меня поняла?

На этом связь прервалась. Но Лидочка даже не расстроилась, потому что у нее было занятие, достойное Шерлока Холмса. Каменщик Саша умер бы от зависти.

Следовало определить, есть ли в шкатулке двойное дно, а если таковое обнаружится, то в полости, скрытой веками от человеческих глаз, могут таиться не только дневники Сергея Серафимовича, но и секретный рескрипт Екатерины Второй о даровании дворянства их роду. Впрочем, шкатулка была не такая старая.