Услуга (ЛП)

— Киан, иди сюда и перестань дразнить четырехлетних девочек, — с этими словами он увел своего сына прочь.

Эшли улыбнулась Алисии.

— Ты прекрасно выглядишь в этом платье. Какая принцесса твоя любимая?

Лицо Алисии сморщилось, словно вопрос был идиотским.

— Я.

Эшли приоткрыла губы

— Ну, конечно.

— Разве я не самая красивая принцесса, папочка? — спросила она, то ли не обращая внимания, то ли безразлично отнесясь к каплям сока на своем платье, сдвинутой на голове тиаре, шоколаду на лице и тому факту, что на ней была только одна туфля.

Дейн кивнул.

— Конечно, самая красивая, детка.

Она просияла ему и подняла руки.

— Целую!

Дейн услужливо поднял ее и принял множество поцелуев, которыми она осыпала его лицо, оставляя на нем шоколадные разводы.

Эддисон извивалась в моих руках.

— Я хочу пойти поиграть с Олли.

— Я тоже, — заявила Алисия.

Дейн и я опустили наших дочерей на пол, которые затем обе убежали.

Он повернулся ко мне со своим классическим невозмутимым выражением лица.

— Сколько всего шоколада у меня на лице?

— Немного, — соврала я.

— Знаешь, нехорошо лгать, — проворчал он, вытирая щеку.

Я улыбнулась.

— Ты не сможешь обмануть меня. Я знаю, что ты счастлив.

Выражение его лица смягчилось, и он выглядел одновременно серьезным и нежным.

— У меня больше нет ни единой причины не быть счастливым, верно?

Бонусный эпилог

от лица Дейна

Выругавшись, Дейн еще раз пролистал бумаги, разложенные перед ним на столе. Никаких признаков контракта, который ему нужно было прочитать.

Не было также никаких признаков Виены.

Он взглянул на свои наручные часы. Обычно к этому моменту она заканчивала завтракать. Но она еще не вышла из своей спальни, что было совсем на нее не похоже. Она не опаздывала.

Он нахмурился, когда ему в голову пришла одна мысль. Неужели ее засранец бывший снова позвонил ей? Казалось, в последнее время это было одним из любимых занятий Оуэна — звонить ей и ругать Дейна в попытках вернуть ее себе.

Дейн сдал губы и прошел через гостиничный номер в ее спальню.

— Виена, ты не видела… — он остановился прямо в дверях, пораженный видом ее в одном лифчике и трусиках. Иисусе.

Она тихонько пискнула, ее глаза расширились.

— Ты не мог постучать?

Дейн не ответил, слишком завороженный видом изгибов ее тела. Реакция его тела была мгновенной — оно напряглось. Возбудилось. Стало твердым.

Кровать. Ему нужно было уложить ее на кровать и трахнуть так сильно, чтобы она чувствовала его весь день, всю ночь, всю чертову неделю.

Сексуальное напряжение натянуло воздух и заиграло на его нервных окончаниях. Он встретился с ней взглядом, зная, что в его глазах горело истинное желание. Она уставилась на него в ответ, держась неестественно неподвижно.

— Я думал, ты уже одета, — сказал он ей.