Особое условие

Мне необходимо узнать, где Сирил! Я добьюсь ответа или от самого акифа, или от его советников, или кто там у него есть!

Мне выбрали самый лучший паланкин, с крепкими носильщиками и плотными занавесями. Но внутри я расчихалась: там пахло настолько тяжелыми благовониями, что нос и голова мигом взвыли. В итоге, пока меня довезли до дворца, я успела начихаться, облить все вокруг своими духами, разозлиться, успокоиться и мысленно наслать на голову акифа целую тучу нарров.

Дворец надвинулся как белоснежная громада с редкими синими и золотыми мазками. Величественный, но не давящий. Перед ним раскинулась красивая площадь, к главному входу вели огромные ступени из белоснежного мрамора. Так хотелось направить паланкин туда, въехать в главную залу и заорать во все горло, чтобы стражей снесло звуковой волной, а акиф поседел.

«Орушечка моя», – так ласково называл меня папа в детстве.

Но по понятным причинам я ограничилась тем, что велела двигаться к небольшому зданию у самого дворца. Именно там можно подать прошение или выразить желание встретиться с акифом. Я как-то понаблюдала за этим издалека: длинная очередь, смиренно стоявшая под палящим солнцем.

А вот теперь ее не было. Лишь несколько игенборгцев бродили неподалеку, о чем-то переговаривались. А всегда открытая дверь здания оказалась плотно запертой, возле нее стояли два рослых стражника, выше меня на голову. Подумав, я велела носильщикам ждать, а сама выскочила из паланкина и не спеша направилась к страже. Пусть видят благородную айну в красивом бледно-зеленом наряде с серебряной вышивкой."

"Стражи покосились на меня, но тут же снова вперили взгляды куда-то вперед. Тем не менее я ощущала, что меня запомнили и теперь не выпускают из зоны внимания. Как и мою охрану, следовавшую, как всегда, чуть в отдалении.

– Добрый день, агаси, – я старалась говорить негромко и предельно вежливо. – Могу ли я подать прошение об аудиенции с акифом?

– Нет, айна, – отозвался один, чьи доспехи сверкали точно золотые, – прием прошений от жителей Игенборга временно приостановлен.

А-а-а, трижды нарра им в печень!

– Это надолго?

– Когда прием прошений возобновится, то вам сообщат, – кратко ответили мне и больше не общались. Не топать же ногами и не требовать немедленного подробного отчета? Я кивнула и так же неторопливо вернулась к паланкину.

Надо возвращаться к Айдан. В груди все еще теплилась надежда на то, что Сирил уже там. Допустим, его забрал Зейд, чтобы подтвердить мои слова перед акифом. Но зачем его так долго держать?!

Не поверили? Проверяют? Но арест всех попрошаек сразу после моего высказывания Зейду указывал на то, что у акифа решение с делом далеко не расходятся. Или это просто совпадение? Я пока не понимала, что делать.