Ушедший Род. Книга 8. Эмиссар

Второе же… хм… тело оказывается практически полностью пронизано магией смерти.

Просто раньше я не знал, куда смотреть, и не обращал на это внимание, а вот сейчас я понимаю, что маг, который был рядом со мной, вроде бы как живой, тёплый и со своими эмоциями. Но при этом — некромант, получается? Или мертвец? Не может быть.

А второе приведённое существо вообще не человек. То есть присутствует сознание, присутствует даже какая-то жизнь, но эмоций там как у табуретки.

Но вроде бы никто не бьёт тревогу, и все трое спокойно сидят на первом этаже возле входа в лабораторию. Сказать, что я удивляюсь, это ничего не сказать. Сейчас попробуем попытать дядю Вилли.

— Рад вас видеть, дядя Вилли!

— А я тебя, Максим. Хотя вроде встречались недавно, — усмехается Кощей.

— Ну для кого недавно, а для кого столько событий! — улыбаюсь в ответ.

Ну нет у меня опасений в связи с Кощеем.

А вот у безопасника есть. Тот как раз после формального приветствия старается не отсвечивать. При этом уйти он по понятным причинам тоже не может, да и фонит он опаской, скорее, чем прямо страхом. Ладно.

— И то верно. Я тебе тут некоторые опытные экземпляры привёл. Пойдём, буду рассказывать, что к чему. Да ты же уже наверняка понимаешь.

— Да, — соглашаюсь с Кощеем.

Вижу, сильно удивлён, но ничего. Коштев приходит вместе со Степаном, который меня возил по городу и ещё с одним существом, которое внешне от человека не очень-то и отличается, разве что слегка остановившийся взгляд и очевидная безынициативность выдаёт, что он не очень живой.

Кольцо реагирует однозначно на всех троих.

Мы спускаемся на этаж в лабораторию, там же, где мы оставили мертвецов.

— Рассказывайте, — прошу Коштева.

— Ну смотри, вот твой знакомец, — показывает на Степана, который меня возил. Тот усмехается. — Это маг. Я захватил его, чтобы понять, будет ли реагировать твой амулет на людей под принуждением.

— Вы серьезно? — удивляюсь. Кидаю взгляд на мага.

Тот разводит руками.

— Не переживай, Максим, он в принципе самостоятельный, живой. Просто сейчас его лояльность контролируется магией смерти. И альтернатива у него была бы намного неприятнее. И жизнь он тоже ценит, правда, Степа?

— Да, господин Коштев. — соглашается маг.

Интересно, что в сигнатуре — полное подтверждение слов Кощея. Разве что, небольшое сожаление, но не касающееся ситуации. Скорее, прошлого.

— Получается, что эта особенность, на которую реагирует мой амулет, характерна не только для некромантов и их поделок?

— Понятия не имею, про какую особенность ты говоришь, Максим. Я к тебе привел три разных формы использования некроса. Для тестирования твоего амулета, и по просьбе Матвея. Давай это использовать.