Грот в Ущелье Женщин

Поспешил к подозрительному иностранному судну, как он назвал его – «гидрографу», который почему-то до шторма больше часа крутился милях в сорока от берега, радом с опасными для плавания Дальними банками. Хоть и за территориальными водами, но что для сегодняшней шпионской техники сорок миль? Сущий пустяк. Вот и думай, какие контрмеры принять, чтобы не перехватывал, если с этой целью крутится, радио– и телефонные разговоры. И бережок повнимательней придется осматривать. Сорок миль для подводного пловца – тоже преодолимое расстояние.

Вполне возможно, что это перестраховка, и выяснится, что судно и в самом деле научное, но лучше перестраховаться, чем недостраховаться, чтобы потом локти не кусать.

Вторую вводную подбросили явно натовцы. С поста наблюдения доложили, что видят шар. Летит с моря. Низко, но в стороне, не сбить. Взметнула заставу команда «В ружье!», а пока разбирали лыжи и строились, еще с поста звонок: три шара летят. Один совсем близко. Сбили его. Остальные снижаются за варакой.

Полосухин уточняет по телефону:

– Что за контейнеры? Похожи на фотоаппараты? Ясно. У сбитого – не разбирать. Руками не трогать. Завернуть осторожно в шар. На пост не заносить. Оставить поодаль.

И в самом деле, что за штуковинка прикреплена к шару? Начни разбирать – взорвется. Специалисты все по полочкам разложат. На то они и специалисты. А нам главное: найти и передать находку целехонькой.

Как мягко, успокаивающе звучит: найти… находка… Вроде бы все верно, плевое дело впереди – направление засечено, ориентиры знакомые, светлым-светло, не ночь полярная, осмотри местность внимательно, и на тебе – шарик. Волоки его к заставе со всеми предосторожностями. Часа три, самое большее четыре, и все на своих местах. Так я думал, а Полосухин, похоже, другого мнения. Что-то очень сосредоточен. Не так ему все представляется. Конечно, ему видней, не первый раз гоняется за подобными «посылками». Но что ни думай, а искать нужно. Как же иначе?

– Три поисковые группы по три человека, – распорядился Полосухин. – Остальным – по распорядку.

И только в канцелярии объяснил свое решение:

– По здравому смыслу подозрительный «гидрограф» не станет пускать шары. Уж слишком явная провокация. С другой стороны – рядом ни одного нашего корабля нет, стало быть, не возьмешь, как говорится, с понятыми. А цель какая? Фотосъемки? Возможно. Но и другое может быть: отвлекающие действия. Кинемся за шарами, а тут – всякая неожиданность может быть. Потому, я думаю, дополнительные наряды нужно пустить по берегу. Сам я на катере по островам пройдусь. А ты, Евгений Алексеевич, на нарты садись. И – к пастухам. Не один, конечно, – видя мое недоумение, пояснил он. – Позвоним председателю Совета, он организует нарты с каюром. Пастухи бойчее нас в тундре.