Усадьба толстушки Астрид

Ее незаслуженно обидели, и она была вынуждена вернуться в родную деревню, хотела барона увидеть, но его нет. А у нас же…

— Я знаю, отец, — мягко прервал жреца Фэйднесс. — Астрид, давайте пройдемся. Здесь шумно.

Я кивнула и последовала за мужчиной, а переживающий жрец остался на месте. Когда мы с Фэйднессом отошли достаточно, чтобы музыка не мешала говорить, и в то же время остались в поле зрения деревенских, каэр проговорил:

— Вы боитесь. Разве добродетельная женщина должна бояться?

— Конечно, — ответила я, — на добродетельных в любой момент могут напасть недобродетельные.

— Нет, Астрид, я не об этом. Когда я подъехал и увидел вас, вы посмотрели на меня как на палача, а не как на спасителя. Так чего вы боитесь? Что я узнаю правду?

— А вы разве не узнали?

Каэр остановился, в упор посмотрел на меня своими светло-карими, цветом напоминающими янтарь глазами, и вкрадчиво произнес:

— У всех правда своя. Я бы хотел послушать вашу.

— Я сказала ее еще тогда, при каэре Ринморе.

— Бринморе.

— Простите, я не сильна в каэрских фамилиях… Напоминаю: Тейг Васс развелся со мной, потому что ему нужна новая богатая жена, и мне пришлось взять маленькие отступные, чтобы не затягивать развод и не жить с ним под одной крышей. На самом деле он должен бы вернуть мне гораздо больше.

— Не должен. Все было по закону. Что же вы умолчали о том, что у вас было три выкидыша подряд? Когда мужчине нужен наследник, это большая проблема.

— Проблема может быть не во мне. Мужское семя бывает слабым. А некоторые женщины и после шести выкидышей подряд могут начать рожать здоровых детей. Я была у нескольких травниц, и они подтвердили, что я вполне здорова.

— Вялая и больная, пухнущая как на дрожжах – так сказали мне о вас, — припечатал Фэйднесс.

— Я всегда была полной, можете расспросить весь Тулах – вам подтвердят. А что касаемо вялости, то я просто молчаливый, задумчивый человек.

— Разве бабушка не выдала вас замуж поскорее, потому что знала, что вы больны?

— Мне было восемнадцать, так что по меркам Тулаха я даже слегка припозднилась. И я не была больна.

— Ваш бывший муж утверждает, что вы передали ему права на усадьбу вашей бабушки, а после развода захотели все деньги за нее назад. Вас не обманули, Астрид. Вы получили по закону достаточную компенсацию, и ваши жалобы не имеют основания.

— Повторяю: я никому не жаловалась, — отчеканила я. — Лишь говорила правду, когда меня спрашивали о моем положении.

— Мне все ясно, — процедил каэр.

Конечно же, он поверил всему, что наговорили обо мне Пегги Васс и ее треклятый сын Тейг… Разочарование и обида отозвались в моем теле чуть ли не настоящей болью, но потом я вспомнила последние мысли Астрид перед смертью, и решила, что во что бы то ни стало не уроню лица.