Усадьба госпожи Ленбрау

Дунгаль тут же этим воспользовался. Сунул мне в рот тряпку и обвязал бечёвкой вокруг головы.

По щекам потекли слёзы от страха и бессилия. Я сейчас умру жуткой смертью и ничего не смогу изменить.

Злая ирония – Бабура с Истой в первые дни пугали меня костром инквизиции за использование магии, а в итоге меня сожжёт заживо свихнувшийся ведьмак, одуревший от собственной безнаказанности.

– Ну-ну, не надо плакать, – он заботливо стёр слёзы с моего лица. – Не переживай, возможно, ты умрёшь быстро. Если повезёт, то задохнёшься ещё до прихода огня. Я облил керосином все двери, а в твоей комнате не стал. Как думаешь, почему?

Я посмотрела на него. Знала, что бесполезно, но внутри вдруг вспыхнула надежда, что Флоси меня пощадит. Что всё это идиотская злая шутка. Он отомстил за унижение, напугав меня до полусмерти. А теперь скажет, что удовлетворён, развяжет и уйдёт.

Разглядев моё выражение лица, Дунгаль расхохотался.

– Ты правда поверила, что я тебя не спалю? У меня кончился керосин, потому что твою комнату я оставил напоследок. Это моё упущение. В следующий раз буду лучше рассчитывать объём.

Я заплакала. Горько. Отчаянно. Навзрыд. Флоси больше не стремился меня утешать или издеваться. Он вдоволь натешился, увидел меня раздавленной, сломленной ужасом надвигающейся смерти. Он чувствовал себя отомщённым, поэтому неспешно направился к выходу.

У самой двери не выдержал, обернулся:

– Надеюсь, в последние минуты ты будешь думать о том, что могла бы прожить долгую жизнь рядом со мной. И всё это – исключительно твоя вина.

Дунгаль ушёл, закрыв за собой дверь. Я не могла видеть, что он делает, но будто ощущала его дальнейшие перемещения по дому. Вот он проходит по комнатам, и они вспыхивают одна за другой. Флоси улыбается, наблюдая, как горит то, что составляло мою жизнь.

В последнюю очередь он поджигает изнутри дверь главного выхода, чтобы, даже если вдруг каким-то чудом освобожусь, я не сумела её открыть. А снаружи ещё и подпирает длинным поленом – вдруг я окажусь достаточно безумной, чтобы биться в горящую створку.

Дунгаль действительно всё предусмотрел. Мне отсюда не выбраться.

Я почувствовала запах гари и перевела взгляд на дверь. Сквозь щель в комнату заползал густой сизый дым.

Ужас накрыл и спеленал покрывалом, слившись с тем, в которое замотал меня Флоси. Руки и ноги задрожали, а затем налились гадкой слабостью. Тело сдавалось, смиряясь перед неизбежным. Какой смысл бороться, когда победы не будет, остаётся только лежать и ждать конца.

Веки опустились под тяжестью этого осознания. Хотя бы не видеть, не знать, в какую минуту оно случится. Отсрочить неумолимую гибель, пусть и мысленно.

Я начала прощаться. Сначала с Любово. Здесь я познала магию и обрела счастье. Спасибо за него.