Нижний уровень

Энн ее держит для себя про запас, понятное дело, но думаю, что не обидится, если я ее присвою. Хотя бы зубы почищу. Не рассчитывал я как-то, что ужин в «Кафе Барко» так быстро превратится в ночь на яхте.

Вода в баках лодки была тепловатой, так что контрастного душа не получилось, устроил себе просто прохладный. Интересно, почему мы в отель не пошли, а заявились на лодку? Почему-то вспомнилось, как, одновременно раздеваясь, вместе застилали постель, вытаскивая белье из рундука. Очень романтично.

Когда я вошел в каюту, вытираясь на ходу, Энн уже не спала. Она сидела в постели, скрестив ноги по-турецки, и закручивала волосы в пучок, держа в зубах резинку. Когда процесс был закончен, она сказала, улыбаясь:

— Доброе утро. У меня все болит. Руки болят, бедра болят, задница болит, плечи болят. Видишь? — она показала взглядом на свое плечо.

Вижу. У нее на плечах мои пальцы отпечатались полукругами синяков. Говорю же, что с ума сошли. Ну, я так точно сошел.

— Мы квиты. — Я повернулся спиной, затем сказал: — Но мне понравилось, очень.

— Мне только так и нравится. — Она снова улыбнулась, показав ровные белые зубы, затем встала, голая, потянулась, ничуть меня не стесняясь. — Теперь я в ванную. Надо на работу. А ты думай, куда мы поедем вечером.

— Подумаю, обещаю.

Я вызвал такси прямо в марину, и, когда мы спустились на пирс, небольшой бледно-желтый «Ниссан» уже ждал нас, а его водитель — коренастый толстячок с широким смуглым лицом и жесткими курчавыми волосами — курил сигарету, сидя на капоте.

Энн поехала в офис, по пути высадив меня под козырьком подъезда Дестини Тауэр. Зашел, махнул рукой знакомому охраннику.

Росита не спала и выбежала из спальни на звук открывшейся двери.

— Я звонила всю ночь!

Палец с акриловым ногтем уставился мне в грудь, как пистолетный ствол.

— Я послал сообщение, что не приду до утра. Ты не прочитала?

Я прошел мимо нее в спальню, расстегивая рубашку на ходу. Она явно не нашлась что сказать, но зашла следом.

— Я волновалась.

— Не следовало, я же предупредил.

Я немного разозлился, но этого не показал, ответил спокойно.

— Где ты был?

— Дела у меня были, понятно? Дела. У меня все время дела, я очень деловой, ты же знаешь.

Она стояла у двери в ванную, и, чтобы туда войти, мне пришлось отодвинуть Роситу в сторону. Теперь уже она разозлилась, но тоже сдерживалась. И я даже знаю почему — потому что я так никогда и не давал ей повода думать, что у нее есть какие-то права на меня. Иначе бы весь ее колумбийский темперамент разорвался бы как водородная бомба.

— Ты опять уходишь? — спросила она, остановившись в дверях ванной.

— У меня работа.

— Не хочешь поспать?

Заход с другой стороны с целью выяснить, где и с кем я провел ночь. Безуспешная попытка.

— Я выспался. И дел полно. Извини, мне надо побриться.