Уроки вирта

Это было так возбуждающе — эти движения, которые сразу заставляли думать о том, как это будет, когда я возьму в рот что-то покрупнее, чем пальцы. И как сладко будет ощущаться эта максимальная наполненность и как приятно будет обхватывать губами его большой твердый член…

Эл наверняка думал о том же самом, потому что он мягко обвел пальцами нежную изнанку моего рта, а когда я снова приласкала его языком, с еле слышным стоном отнял у меня руку, напоследок ласково коснувшись моих губ

— Дина, — хрипло выдохнул он. — Что ты со мной творишь… У меня сейчас штаны порвутся. Давай сначала поедим, а?

— Ты первый начал, — мурлыкнула я.

— Черт, кажется, я открыл ящик Пандоры, — вздохнул Эл, но по голосу было слышно, что он улыбается.

Вскоре почти бесшумно появился официант и принес нам основное блюдо: порезанный на удобные кусочки сочный стейк. К нему еще шли овощи, но я их почти не попробовала: несмотря на то что было вкусно, мне кусок не лез в горло. Мысли были совсем не о еде, а только о том, что же будет после того, как ужин закончится.

У Эла, судя по всему, состояние было такое же, потому что от десерта мы дружно отказались. Тогда нам принесли ванночку для мытья рук, а потом по бокалу вина, и официант наконец оставил нас наедине.

— Солнышко, — мягко и низко проговорил Эл. — Ты не передумала?

— Нет, — выдохнула я. Его голос запустил во мне цепную реакцию: дыхание участилось, по позвоночнику пробежала жаркая волна, которая согрела поясницу и расплавленной лавой обрушилась вниз — между ног, где моментально стало влажно.

Радуясь, что надела юбку и чулки, я широко раздвинула ноги. И не смогла сдержать стона, когда кончики пальцев коснулись моего бедра, провели по гладкому нейлону, дошли до края, где заканчивалась резинка чулка, и коснулись обнаженной кожи.

— Я только начал, моя сладкая, моя красивая девочка, —жарко шептал он, пока его пальцы гладили меня, подбираясь все ближе к повлажневшему шелку трусиков. — Будет хорошо, солнышко. Я обещаю — будет хорошо…

Я кусала губы, чтобы не быть слишком громкой. Это было горячее самой горячей сексуальной фантазии — вот такие запретные ласки прямо под столом, прямо в ресторане, в полной темноте, которая вычеркивала картинку, оставляя только звуки, запахи, прикосновения, вкусы…

Мне безумно хотелось, чтобы Эл меня поцеловал. Хотелось ощутить его губы на своих, узнать, какие они — твердые или мягкие, ласковые или требовательные. Хотелось распробовать их — медленно и вдумчиво, как то вино, которое мы оба пили.

Я не успела договорить, потому что его умелые пальцы уже отодвинули в сторону край белья и, нежно погладив и покружив вокруг входа, плавно вошли внутрь. Неожиданно легко. Сначала один, потом сразу второй.