Уроки куртизанки

Едва заметная дрожь пробежала по телу Виктории. От этого легкого движения у Джастина все свело внутри. Черт подери, как же он хотел эту женщину! Более того, он хотел, чтобы она день и ночь изнывала по нему и отдавалась ему. Хотел увериться, что когда она покинет Лондон, воспоминания о нем останутся выжженными в ее памяти на всю жизнь."

"Жестокое желание, при том, что он не собирался жить с ней, быть ей мужем не только на бумаге. Это осталось неизменным. Все еще существовали препятствия, которые не позволяли им быть вместе в прошлом. Он больше, чем когда-либо, сомневался в ее мотивах. И все же он хотел, чтобы она уступила ему на всех фронтах.

Он и вправду невыносимый ублюдок.

Виктория медленно повернулась и взглянула на него. Ее нижняя губа дрожала, в глазах стояла поволока.

– Не думала, что ты берешь содержанок, Джастин. Что скажут люди?

Он пожал плечами:

– Что ты самая желанная женщина во всей империи, – вкрадчиво сказал он. – А я беру самое лучшее.

Она отвела взгляд.

– Ты не считаешь, что я самая желанная женщина во всей Британии, – сказала она так тихо, что он едва расслышал ее даже на таком близком расстоянии.

– Да?

Она качнула головой:

– Ты никогда так не думал.

Он удивленно склонил голову и пристально всмотрелся в ее лицо. Она вздернула подбородок, будто говоря: ну же давай, попробуй возразить. Но за бравадой и презрением он почувствовал глубоко спрятанную боль. Он сомневался, что она когда-нибудь признается в ней.

Ему стоило так это и оставить. Пусть она думает, что он никогда не желал ее дольше, чем на несколько мгновений. Но какая-то часть его не могла позволить ей остаться при этом убеждении.

– Ты ошибаешься, – пробормотал он, запуская пальцы ей в волосы и охватывая затылок. Нежным движением он заставил ее взглянуть ему в глаза. – Ты очень-очень сильно ошибаешься.

Он наклонился и поцеловал ее. Он собирался соблазнить, потребовать и взять, но все пошло не так. Вместо этого он понял, что ему хочется быть нежным. Обнадежить ее. Чтобы Виктория знала, как она желанна.

Он обнял ее за талию и привлек к себе. Она трепетала под его губами, и он знал, что завоевал ее тело. По крайней мере, его. О, как же он желал это тело! Он будет обладать ею. Если ему удастся уговорить ее участвовать в новой игре, изображать его любовницу на людях и в спальне, он сможет брать ее так часто, как ему захочется.

Он нежно массировал ей кожу головы. Шпильки посыпались из волос.

– Это позволит обезопасить тебя во время нашего расследования, – вкрадчиво сказан он и наклонился, чтобы осыпать легкими поцелуями ее щеку. – И… разве ты сама не хочешь меня?

Она помедлила, замерев. Его губы прочертили линию от скулы к уху. Он чувствовал, что она борется с собой, с их прошлым. Обречена на поражение.