Уроки куртизанки

 – Мы женаты три года, и я готова биться об заклад, что за это время ты ни разу не подумал обо мне, не говоря уже о том, чтобы пытаться про меня что-то узнать. Ты понимаешь, я не беру в расчет разговоры с адвокатом, ведущим дела поместья. – Она отвернулась. – Подозреваю, что он вряд ли рассказывал тебе, сколько у меня любовников.

Джастин сжал кулаки. Правда это или нет, Виктория говорит так лишь для того, чтобы позлить его. Возможно, она имеет право на месть. Но она играет с огнем.

– А сколько их у тебя было, Виктория? – Он вскинул голову.

Она моргнула, и сквозь холодную маску на мгновение проступили сожаление и страх.

– Возможно, мы с тобой похожи больше, чем всегда думали, – прошептала она. – Возможно, я потеряла счет своим любовникам.

Каждый разговор с Викторией являлся, по сути, только игрой, в которой она меняла правила, как хотела, лишь бы достичь цели. И он знал только один способ взять ее под контроль. Проломить стены, которые она выстроила вокруг себя, и, может быть, узнать правду, которая не дает ему покоя с момента их первой встречи в Лондоне.

Без единого слова Джастин преодолел расстояние, разделявшее их, и обвил пальцами ее затянутую в шелк руку. Она ахнула, но он не дал ей времени на сопротивление – притянул к себе.

– Я помню только одну, – прошептал он и поцеловал ее.

Как и всякий раз, когда он целовал ее, она ответила на поцелуй. Ее тело стало мягким и податливым в его руках. Полная капитуляция. Ничего слаще Джастин и вообразить не мог. Но сегодня им никто не сможет помешать, никто не застанет их, и тайна останется тайной.

Ничто не мешает ему отнести ее в спальню, уложить на огромную кровать и ласкать, пока она не начнет стонать от наслаждения. Господи, как же он хотел этого! Больше, чем чего бы то ни было на свете…

Виктория почувствовала, что Джастин подталкивает ее в сторону спальни, и хотя она знала, что это безумие нужно прекратить, оттолкнуть его – она ничего для этого не сделала. Как будто бы не могла. В то мгновение, когда он коснулся ее, все ее планы рухнули. Осталась только требовательная, жадная, жаждущая плоть. Разве это не правильно, что ей отчаянно хочется отдаться ему?

Да, разумеется, неправильно! Этот человек – мерзавец, который бросил ее. Он всегда думал только о себе. Этот ублюдок может подвергнуть риску ее расследование.

Но все эти мелочи ничего не значили сейчас, когда он обнимал ее за шею горячей ладонью, а поцелуй обещал неземное блаженство.

Виктория выгнулась навстречу ему и застонала, ощутив бедрами напряжение его плоти. Под одеждой она сама сделалась горячей и влажной, и этот факт мог бы унизить ее – но нет. Она просто хотела, чтобы он утолил ее боль. Подарил ей наслаждение, которого она была лишена все эти годы.