Уроки куртизанки

Но разве может она спорить, если речь идет о жизни и безопасности Хлои? В конце концов, Мара кивнула:

– Да, ты права. Я просто не хочу, чтобы ты пострадала из-за этого.

Виктория покосилась на Джастина и сказала:

– Не беспокойся. Мара. Я сама не могу этого себе позволить.

Глава 16

Урок шестнадцатый

Не играй с огнем: можешь обжечься

– Боже мой, ты сногсшибательна! – выдохнул Джастин, когда следующим вечером Виктория вошла в холл.

Она оглядела себя. Мара помогла ей одеться в роскошное светло-зеленое платье, по тонкой верхней юбке которого шла вышивка из мелких желтых цветочков. Мара неустанно причитала по поводу неприлично глубокого декольте и обтягивающего корсажа, так что в конце концов Виктория и сама усомнилась в уместности такого одеяния.

Но, стоя рядом с Джастином и читая в его глазах одобрение, она чувствовала себя красавицей.

– Спасибо, – сказала она и зарделась.

– Пойдем? – Джастин махнул в сторону двери.

Она позволила ему накинуть ей на плечи легкий плащ, и они вышли в теплую летнюю ночь. Виктория не без колебаний шла к карете. Ее мысли вернулись к их последней поездке, когда ее распутство повело за собой страстное совокупление.

Судя по довольной улыбке, которая играла на губах Джастина, когда он усадил ее в карете напротив себя, думал он о том же самом. Между ними повисло напряжение, потом он улыбнулся и разорвал пелену желания.

– Волнуешься? – спросил он. Она пожала плечами:

– Мне кажется, с моей стороны глупо было бы не волноваться. И Мара не особенно помогла мне: она все время твердила о том, как ужасно все может обернуться.

Джастин закатил глаза:

– Не обращай на нее внимания. Велика вероятность того, что вечер вообще пройдет непримечательно.

Она улыбнулась в ответ на утешение, хотя мысль эта показалась ей безрадостной – учитывая причины, по которым они направлялись в оперу.

– Надеюсь, ты ошибаешься и мы выясним что-нибудь, что, в конце концов, сможет привести нас к Хлое.

– Возможно, – ответил Джастин, хотя, судя по его лицу, он не особенно в это верил.

Виктория вздохнула. Нет смысла и дальше накручивать себя. Так что она не стала развивать эту тему, а склонила голову и заметила:

– Знаешь, я никогда не бывала в опере.

– Никогда? – изумился Джастин.

Она покраснела от своей неискушенности и покачала головой:

– В Бэйбери не бывает подобных представлений.

– Н-но… Когда ты прежде приезжала в Лондон…

Она нахмурилась и посмотрела в окно.

– Ты же помнишь, у меня не было светской жизни. Отец организовал нашу помолвку еще до моего первого бала. Я не успела насладиться забавами столицы.

Некогда она тосковала об этом. Время, страдания и ответственность, в конце концов, загнали эти желания очень глубоко.

Джастин присвистнул.