Урброс 1

Уловив несоответствие в его словах, уточняю.

— Так совсем нет или очень мало?

Слышу, как тот возмущённо вздыхает.

— Толб иногда ошибается в словах. Это не значит, что Толб лжёт! В Зелёных рощах больше нет еды. Есть белки, но они ядовитые. Съешь такую — умрёшь. Ещё растут ягоды. От них не умрёшь, но с животом пару дней промаешься. Больше ничего. Около Мёртвого озера, говорят, растут грибы, которые собирают деревенские. Но туда стёртым путь заказан. А в Сером лесу водятся кролики и волки. Их мало, но они съедобны.

Внезапно мечтательно закатывает глаза.

— А ещё есть Город. Говорят, там всегда много еды. Вкусной и разной. И стёртых туда пускают. Но в Городе сложно устроиться. Так говорил Брет.

В голову сразу же приходит новый вопрос, который я и озвучиваю.

— За счёт чего живёт Город? Все остальные охотятся на новоприбывших или добывают еду самостоятельно. Откуда она берётся в Городе?

Тот ненадолго задумывается, а потом с вполне искренним недоумением на лице, пожимает плечами.

— Толб не знает. Брет о таком не говорил, а я не спрашивал.

Делаю пометку в памяти и перехожу к следующему пункту.

— Сколько стоят сердца гоблинов? И стоит ли тащить с собой сердца их волков?

Снова мгновение молчит. Потом неуверенно отвечает.

— Толб не знает, сколько дают за гоблинов. Стёртые ничего не получают за таких же, как они сами. И про волков Толб тоже не знает.

Жаль. На точные данные я не рассчитывал, но предполагал, что карлик может обозначить хотя бы границы “обменного курса”.

— А что будет, если ты сдашь сердца убитых отбракованных? Приёмник выдаст тебе награду?

Хлопает глазами, удивлённо смотря на меня. Потом внезапно приободряется."

"— Толб не знает, но попробовать можно. Такого раньше ещё не было. Чтобы р-раз и отбраковка бок о бок со стёртыми. Надо попробовать.

Вдруг широко распахивает глаза, смотря на меня с таким видом, как будто я только что отнял у карлика последнюю рубашку.

— Там же было столько трупов… Если сдать каждого, то… Эх! Толб столько упустил!

Горестно цокает языком, приваливаясь к стволу дерева. Потом косится в ту сторону, где держит позицию Аннет и едва слышным шёпотом добавляет.

— Но Толб точно знает, что за Ангела дадут награду любому. И отбракованному, и стёртому. Она всё равно умирает. Толб думает, не доживёт до озера. А если загнётся сама, то потом голову не сдать. Понимаешь?

Скрипнув зубами, смотрю на него. Да, я всё прекрасно понимаю. Если сдать можно только сердце или голову человека, умершего быстрой насильственной смертью, то с точки зрения карлика, следует как можно быстрее перерезать глотку Диане. После чего рвануть к приёмнику и засунуть туда часть её тела.

Собственно, каждый первый из встреченных нами местных желает того же.