Уравнение со всеми известными

Ведь не справился уже с первым заданием — обеспечить детей необходимым. И оттого, что не справился, разозлился на друзей, которые все за него сделали. Нужно извиниться перед Анной, поблагодарить ребят. Купить Вере подарок. И научиться жить, не выставляя собственное “я” на передний план.

В дверь позвонили. Саша отвез Анну Сергеевну с сестрой и явился к Косте.

— Надо собрать. — Он показал на ящичек с инструментами, который держал в руках.

— Что собрать? — не понял Костя.

— Кроватки, коляски.

— Тебя Самойлова прислала? — поинтересовался Костя.

— Сам, — обронил Саша.

Костя планировал сделать эту работу завтра с утра и опять просчитался — даже вдвоем с Сашей, который был гораздо мастеровитей, — они провозились почти пять часов. Распаковывая коробки, изучая чертежи, собирая конструкции, они перебрасывались редкими фразами. Вторая кроватка сложилась быстрее первой, но с пеленальным столиком, который был частью стеллажа с полочками и ящичками, и прогулочной коляской провозились долго, потому что инструкции к ним были на китайском языке. Закончив, немного прибрались, и все равно в комнате было не повернуться от коробок, пакетов, свертков. Неужели двум маленьким человечкам требуется столько вещей? Сложили все в угол — Вера потом разберется. Костя пригласил Сашу поужинать.

— Выпьешь рюмку коньяку? — спросил он на кухне.

— Можно, — кивнул Саша.

Он вымыл руки и чинно сидел за столом, не суетился, не предлагал Косте помощь. Ели пельмени, Костя десятый день питался пельменями.

— Саша, у тебя дети есть? — спросил Костя.

— Угу, два пацана. — Казалось, Саша говорит не разжимая губ.

— Ну и как ты смотришь на их воспитание?

Костя спросил ради поддержания беседы, но ответ Саши его поразил.

— Бить их надо.

— Вот как? И часто ты своих пацанов ремнем наказываешь?

— Два раза.

— Два раза на день? — уточнил Костя. — Или в месяц?

— Всего два раза.

— Интересно. Расскажи!

То ли рюмка коньяку помогла, то ли тема была близка Саше, но он разговорился.

— Будильник пропал. Неделю все искали. Пацаны тоже искали, говорили — может, спер кто случайно из друзей. А потом я нашел за шкафом — разобрали на винтики и спрятали. Выдрал их. Если бы не выдрал — снова бы врали.

— А второй случай? — допытывался Костя.

— Бабка пенсию получила, они у нее из кошелька деньги стащили. В парк Горького ездили на каруселях кататься, мороженое есть. Не признавались. Побил — признались. Больше не воруют, слово дали. Себя вспомните: мальчишка — он как волчонок. Не больно — значит, можно. Больно, страшно — запомнил на всю жизнь.

— Да, — протянул Костя, — ты у нас прямо Макаренко. Но мои-то еще маленькие, десять дней.

— Бить рано, — согласился Саша. — Только когда подрастут и начнут врать на пробу. Тут их и надо приложить.