Уравнение со всеми известными

Существовала некая линия французских духов — Костя не знал названия — со сладким ароматом, который у него почему-то вызывал ассоциацию с борделем. Уж больно томным и призывным был запах.

Вера пользовалась другими духами — свежими и немного остренькими. Сливаясь с ландышами, они создавали ощущение весеннего букета.

Духота. У нее на лбу мелкими точками выступил пот.

— Давайте-ка снимем вашу конструкцию пальто, — предложил Костя. — Потому что, если вы упадете в обморок, я не сумею оказать квалифицированную врачебную помощь.

— Я не падаю в обмороки, но мне в самом деле очень жарко: пончо из чистой шерсти и греет как перина.

Маневрирование на ограниченной площади — задача не из простых. Костя держал в одной руке свой портфель, сумочку Веры Николаевны и цветы, а другой помогал ей снять пончо. Вера на секунду коснулась его торса и бедра.

Ответом была здоровая реакция гимназиста в период гиперсексуальности.

— Эй, — почти ровно произнес Костя, — нечего прижиматься. Надо беречь завоеванную территорию.

Глаза могут выдать. Смотреть поверх ее головы. Отвернуться. Легкую красноту можно списать на духоту и жару в вестибюле.

— Сами не прижимайтесь, — задорно парировала Вера. — Вас тут не стояло.

Они рассмеялись.

— Константин Владимирович, уж коль вы мне сейчас так близки, просто ближе никто не находится, — улыбалась не подозревавшая о его переживаниях Вера, — позвольте обратиться к вам с нескромной просьбой?

— Попробуйте, но свой портфель с вашей ноги я могу убрать только себе на голову. — Он ответил на ее улыбку и постарался расслабиться.

— Если моя просьба по каким-либо причинам покажется вам неприемлемой, забудем о ней тут же, хорошо?

Костя кивнул и с интересом приготовился слушать.

— Я все время думаю над вашим предложением Анне Рудольфовне подлечиться в геронтологическом отделении. Если я или Сергей, мой муж, заикнемся об этом, реакция будет однозначно негативной. Но если бы вы нашли возможность приехать к нам вместе с Игорем Петровичем, завести разговор о клинике, то, может быть, Анна Рудольфовна заинтересуется…

С его лица сползла благодушная гримаса, и вместо нее появилось выражение, какое бывает у человека, выслушивающего неловкости.

— Давайте забудем об этом, — быстро сказала Вера. — Извините меня за бестактность.

Костя мысленно обозвал себя идиотом. Какое соблазнительное предложение он предполагал услышать? Как объяснить этой милой женщине, что он считает для себя неприемлемой бытовую дружбу с пациентами?

Он постарался отказать как можно вежливее и деликатнее.

Глава 3

К Анне пришли институтские подруги.

Ольга из крепышки-казачки, десять лет назад приехавшей из Краснодара покорять столицу, превратилась в даму яркую и пышную.