Упс... Ошибочка вышла

Доходило даже до того, что в нашем обществе было разделение на тех, кто рожден в семьях, и тех, кто рожден сам-андрунами в местах восстановления запала. О вторых заботилась на первых порах община, а после совершеннолетия они пробивались сами. Все это вылилось в войну с Тангором, если захват территории можно так назвать. Сама понимаешь, человеческим магам практически нечего противопоставить летающим огнедышащим драконам и хорошо обученным воинам-драконидам.

Вспомнился «Хоббит», Смауг с его знаменитым «Я — смерть!» и пылающий город на экране. Если к этому добавить неуязвимость к физическим и магическим атакам, то лучше остановить воображение, пока оно не наделило картинку всеми звуками, запахами и ощущениями. Иначе кто знает, смогу ли я спокойно общаться с Дэреком и женихами, если все время буду представлять вот эти сцены разрушения.

— Если учитывать еще и ментальную магию, то становится понятно, что у Тангора не было шансов. Они не сопротивлялись особо, — он сделал еще глоток, поставил бокал.

— Ментальная магия? Что это за зверь?

— Это, если объективно, самая опасная магия в мире, — вздохнул Дэрек. — Во всех сопряженных мирах, если уж совсем честно. По крайней мере в том виде, в котором она существовала две тысячи лет назад. С ее помощью можно было общаться без слов и даже не встречаясь взглядами. Можно было прочесть чьи-то мысли, внушить нужные, заставить что-нибудь сделать. Можно было внушить чувства, будь то ненависть, страх или любовь. Особенно талантливые менталисты такой магией могли даже убить. Жертва забывала, как дышать, пить или есть.

— Мощная штука, — признала я.

— Очень мощная. Очень. Конечно, в качестве противодействия были разработаны блокирующие чары, методики защиты и прочее. Вводились запреты на использование некоторых типов воздействия, — Дэрек махнул рукой. — Ментальной магии, в том виде, в котором она существовала, больше нет. После аномалии драконы, единственные, кому она была доступна, утратили эту способность. Все, кроме госпожи Цельессы. У нее осталась частичка этого дара, но бояться нечего, — поспешил добавить он, видимо, заметив выражение моего лица. — Госпожа Цельесса не может никому ничего внушить, у нее только пассивная часть дара. Благодаря ему она вызывает видения о невестах, заглядывает в будущее незнакомых людей и эльфов, живущих в других мирах. Она видит связи между женихами и невестами. Даже слабые отклики даров, которые ещё не отразились ни на сознании, ни на поведении.

— То есть у нее осталась неопасная часть дара, — уточнила я.

— Да, только пассивная часть.

— Тогда зачем ты стращал меня возможностями активной части? — насторожилась я.

— Потому что стремление вернуть утраченное свойственно не только людям, но и драконам тоже, — вздохнул он.