Упс... Ошибочка вышла

Видимо, настало время договориться о встрече с госпожой Цельессой, — покладисто согласилась я.

— Я зайду к ней еще сегодня, ее интересует ход расследования. Обсужу с ней непонятную реакцию вашего дара, — мужчина явно считал нормальным подобные разговоры без моего участия.

— Благодарю, не стоит, — стараясь не показывать, как раздражает меня этот подход, я отрицательно покачала головой. — Я предпочитаю обходиться без посредников, когда это возможно. Я сама с ней поговорю о своей магии.

Он понял, больше не настаивал, о даре не спрашивал. Отвечая на вопросы об отборе и о первом нападении Тессы, я думала о Дэреке и о том, что он ничего не решал у меня за спиной. Не потому что обещал, а потому что для него это было естественно.

Дэрека привезли на следующий вечер и разместили в соседней комнате. Несмотря на протест лекаря, я встала, чтобы увидеть моего дракона.

— Плетения ещё очень хрупкие! — возмутился врач. — Вы снова сломаете ногу!

— Если вы мне поможете, мне не придется на нее опираться, — резонно возразила я, и лекарь, кляня земное упрямство, покорно исполнил роль костыля.

Радость Дэрека, увидевшего меня, наполнила мою душу сиянием и теплом. Его дар, еще не восстановившийся после боя и ран, откликнулся золотом и лаской, когда я взяла Дэрека за руку. Я снова воспринимала его на другом, необъяснимом уровне, чувствуя его эмоции, слыша удары и своего, и его сердца одновременно, угадывая в бледной ауре едва заметные контуры крыльев.

Врач давал указания маме и отчиму Дэрека, просил повременить часок и только потом знакомить Дьелен с братом, чтобы раненый хоть немного пришел в себя. Я слушала разговор, сжимала ладонь Дэрека и ощущала, как крепко связываются наши с ним дары, усиливая и излечивая друг друга. Боль в ноге отступала, я чувствовала, что и Дэреку становилось легче с каждой минутой. С усмешкой подумала, что в местном медицинском журнале могла бы появиться статья о том, как тяжелораненый дракон исцелился в рекордные сроки благодаря общению с пойманной им невестой. Это наверняка была бы сенсация!

Нас довольно скоро оставили одних, и наш тихий разговор о произошедшем стал прекрасным дополнением единения даров. Я радовалась вместе с Дэреком тому, что отношения с мамой налаживались, тому, что отчим оказался приятным драконом, который не воспринял пасынка в штыки. Но я чувствовала и едкую горечь, занозой сидевшую в сердце, отравляющую мысли. Дэрек считал своего отца виновным в разладе. Как ни печально, но я подозревала, что догадка верна. Настолько токсичный человек, как Корвин Алистер, вполне был способен на такую подлость. Тем более она привязывала сына к нему еще крепче и служила не только местью, но и спасением от одиночества, гарантом материальной защищенности.