Упс... Ошибочка вышла

Вера, казалось, нисколько не огорчилась, с любопытством разглядывала кабинет, гербарий, висящий на стенах в рамках под стеклом, кристаллы, заменяющие тут лампы и свечи. Дэреку почти удалось успокоиться и взять свои чувства под контроль. Почти.

Все спуталось в тот момент, когда девушка повернулась к нему спиной. Нежная кожа под пальцами — желание обнять Веру стало почти непреодолимым, а небольшая родинка, прикрытая коротким завитком, и вовсе сводила с ума. Ее хотелось поцеловать, вдохнуть аромат волос, которые, конечно же, больше не пахли так подходящим Вере жасмином, а чуть заметно отдавали лимоном. Хотелось снова испытать фантомное превращение, ведь казалось, Вере нравилось чувствовать силу, исходящую от призрачного дракона. Об этом говорили ее эмоции в те моменты.

Сосредоточиться на узле, на простом действии было невообразимо сложно! К счастью, Вера не подгоняла. Она молча ждала, а поводок говорил, что девушка тоже испытывает томление, так похожее на чувства Дэрека. Это запутывало все еще больше, и ни названия, ни объяснения происходящему он не находил. Что делать со всем этим — не представлял.

Алхимия помогала отвлечься, надолго заняла руки и разум, ведь составление сложных эликсиров не терпит невнимательности. Вера, показавшая себя аккуратной и умелой хозяйкой на кухне, закономерно прекрасно справлялась и с работой помощника алхимика. Работать с ней было приятно и странно привычно, будто они не первый раз готовили зелья вместе. На простых подготовительных этапах они говорили об алхимии вообще и о его работе в частности, а когда требовалась сосредоточенность на эликсире, Вера сама замолкала, будто чувствовала, что отвлекать нельзя.

Состав побулькивал, распространяя приятно пряный аромат. В кабинете было как-то необычно светло, настроение постепенно улучшилось, даже утренняя история больше не казалась такой жуткой. Конечно, Дэрек, на своей чешуе слишком много раз ощутивший, какую боль причиняют эмоции, отцу сочувствовал. Но при этом не корил себя за жесткий отказ позвать лекаря и неоднократные повторения того, что отец ударил себя сам. Дэрек всем сердцем надеялся, что эта болезненная встряска хоть немного изменит отношение отца к необычному недугу, к сыну, к ситуации вообще. Надеялся, но в глубине души знал, что зря. Если улучшение и будет, то нескоро и несильно выраженное.

Мысли об отце и ментальном щите Веры беспокоили, и Дэрек гнал их, пытаясь ухватить побольше в настоящем. Ловил взгляды девушки, запоминал ее улыбку, то, как Вера чуть наклоняла к левому плечу голову, придирчиво рассматривая очищенные корешки. Порой казалось, Вера тоже пыталась вобрать больше, насытиться моментом.