Упс... Ошибочка вышла

К счастью, отец курил действительно редко и очень радовался, когда Дэрек дарил ему на день рождения и новый год табак. В такие дни Корвин Алистер напоминал себя прежнего, каким был до ранения. Только поэтому Дэрек не считал деньги, потраченные на курево, совсем уж выброшенными на ветер.

— Дед, спасибо, что пришел, — не глядя на то, как спичка поджигает большую часть зарплаты, повторил Дэрек. — Думаю, ты ещё поможешь советом, но по себе знаю, что дельные мысли приходят спонтанно.

Отец покачал головой так, будто не знал, смеяться или ругать сына за неуклюжую попытку пошутить. Татс насупился, но поднялся.

— Твой малец такой зануда! Не даст посидеть, подумать, — буркнул дед.

— Ему же хуже, — пожал плечами Корвин Алистер и пожелал тестю доброго дня.

Дэрек проводил деда, спросил, не хочет ли он прихватить ещё теплых оладушек. Тот отказался таким тоном, будто внук ему не еду предлагал, а деготь. Минуту спустя Сатти Татс раздраженно хлопнул калиткой, и Дэрек с облегчением выдохнул. Вернуться без прямого приглашения дед не мог, его не пустили бы чары. А значит, Татсу не вытянуть отца из дома. В прошлый раз это самоуправство дорого обошлось деду, но он все равно талдычил, что эмоции просто не могут ранить. Объяснения такому поведению Дэрек не находил.

Отец сердился из-за того, что сын весьма прямолинейно выставил деда. Это настроение Дэрек чувствовал даже на кухне. Из-за чужого раздражения покалывало пальцы, а на язык просились резкие слова. Но общение с «родственником» было неприятной неизбежностью, в которой Дэрек пытался находить хорошее. Например, то, что отец смог растратить эмоции. Теперь общение с ним вечером и в ближайшие часы будет не таким болезненным.

Вера ждала на чердаке, как и договорились. Девушка переоделась в свою блузу, застелила постель и улыбнулась, когда Дэрек вошел.

— Не знаю, какие расцветки у вас тут приняты, но я подумала, что ярких платков можно повязать на пояс несколько. Буду изображать цыганку в пестрых юбках.

— Это такая народность на Земле? — спросил он, с радостью отметив, что хорошее настроение Веры никак не пострадало от отцовских разрядов. Дэреку и самому легче было дышать на чердаке, даже на сердце становилось светлей.

— Ой, я не подумала, что у вас цыган нет, — спохватилась девушка. — Да, такой народ. Колоритный.

Дэрек обошел короба, в которых хранились вышивки и гобелены, прошел мимо сундучка с маминым подвенечным нарядом, вытащил из-под шляпных коробок корзину. Память не подвела, там действительно лежали платки.

— Вот, Вера, посмотри, выбери, — он вручил находку девушке.

Она бережно достала из-под грубой холстины нежно-голубой платок.

— Боже… какая прелесть, — выдохнула Вера, как завороженная разглядывая тонкую роспись, напоминающую морозные узоры.