Упраздненный ритуал

Но как тогда объяснить, что три лидера крупнейших республик, подписавших этот позорный договор, ушли со своих постов ненавидимыми и проклинаемыми народами? Двух из трех не переизбрали, а третьего, больного и немощного, избрали, но он не смог доработать до конца срока. Разве это не логика истории? Хватит про Таджикистан. У меня всегда болит сердце, когда я вспоминаю тысячи убитых в бывшей моей стране… Значит, муж Ольги принимал участие в боевых действиях?

— Да, — сказал Аббасов, — он сражался на стороне «вовчиков». Там были тогда «юрчики» и «вовчики».

— Я знаю, — перебил его Дронго. — Они приехали сюда несколько лет назад? У него остались враги?

— Наверно, — кивнул Раис, — он нам рассказывал, как однажды в горячке боя задушил врага голыми руками. Вот я и вспомнил эту историю.

— Надеюсь, что муж Рабиевой не поднимался с вами в горы? — ядовито осведомился Ахмедов.

— Нет, не поднимался. Он привез Ольгу прямо к автобусу.

— Вы говорили, что приезжал и муж Кирсановой? Верно?

— Бывший муж, — уточнил Аббасов, — верно. Но только они в городе остались и с нами в горы не пошли.

— У меня однажды был случай, — вспомнил Дронго, — сказались последствия таджикской войны. Потерпевшая случайно узнала своего насильника, он понял это и решил с ней расправиться. Но там был конкретный повод, а здесь, похоже, убийца действует по установленному ритуалу, убивает одного человека раз в год. Может, нам подождать еще шесть лет? — невесело пошутил он. — Последний оставшийся в живых и будет убийцей.

— Нам не дадут шести лет, — напомнил Ахмедов, — и шести дней тоже не дадут. Я не смогу объяснить руководству, куда делся убийца в закрытом здании, которое охраняли сотрудники полиции. Боюсь, что начальство меня не поймет.

— Убийца еще здесь, — убежденно сказал Вейдеманис, — это не святой дух, чтобы его никто не видел. Нужно проверить и остальных людей, находящихся в школе.

— Это я уже поручил нашим людям, — вздохнул Ахмедов.

Он посмотрел на Дронго, словно ожидая от того последнего вопроса к Аббасову. И тот спросил:

— Вы знали Керимова много лет. Как вы думаете, почему он поднялся на третий этаж, вместо того чтобы спуститься на первый? Что могло произойти? Что могло заставить его изменить решение?

— Не знаю. Но отступать — не в его характере. Может, он узнал что-то про убийцу. Он пошел на риск, чтобы найти убийцу. Он был гордый, самолюбивый и сильный.

— Похоже, убийца действовал внезапно, — сказал Дронго, — иначе Керимов не дал бы ему шанса. Он вам ничего не говорил перед смертью?

— Нет, ничего. Он вообще был обижен на меня, считал, что я зря пригласил вас из Москвы. Он хотел сам найти убийцу, я это чувствовал. Поэтому он отказывался от любой помощи.

— Понятно. Спасибо. Позовите Ольгу Рабиеву, — попросил Дронго.