Управдом

Сергей поймал момент, когда рука Прокопенко окажется в нижней точке, резко толкнул его плечом, и рванул к Гладышу спиной вперед, одновременно нанося удар ножом. Неточно, лезвие задело шею, но только оцарапало кожу.

И тут Прокопенко его достал. Он невероятным движением, чуть ли не вытянувшись в струну, так, чтобы Травин не смог защититься своими длинными конечностями, ткнул ножом его в живот. И не промахнулся. Высокая скорость, идеально острое лезвие — кама вошла чуть ниже пупка. Сергей почувствовал только укол, боль от разрезанных мышц придет позднее, но отклоняться не стал, лишь повернулся вправо — клинок Прокопенко вылез из раны почти полностью и вспорол кожу. А Сергей, уперевшись ногой, ножом нанес ему удар в бедро и тут же врезал левым кулаком в челюсть.

Прокопенко отбросило на стену, он ударился спиной, попробовал использовать твердую поверхность как точку отскока и шагнул вперед, но поврежденная нога подогнулась, и он упал на пол. Лезвие повредило артерию, кровь выстреливала из ноги резкими толчками, агент угро побледнел и пытался пережать ногу выше раны, но у него не получалось сдавить ее достаточно сильно."

"Сергей в этот момент приблизился к Гладышу на расстояние вытянутой руки. Лоскут кожи свисал на левый глаз, правый был залит кровью, второй агент видел только очертания оказавшейся рядом с ним фигуры. Он махал беспорядочно клинком из стороны в сторону, надеясь задеть противника, и неизбежно раскрылся. Травин ударом развернул его и всадил нож в почку — отличное место для небольшого острого лезвия, никаких костей, в которых оно может застрять. Повернул нож для надежности и тут же рыбкой ушел вниз.

Пуля чиркнула ему по плечу, вырывая кусок ткани и полоску кожи, Сергей перекатился, укрываясь за столом — Карецкий стоял на ногах и выцеливал Травина. Еще одна пуля отбила щепки от дубовой столешницы.

— Недооценил я тебя, — субинспектор повернулся боком, вытянув правую руку вперед. — Где ж ты так драться научился, Травин, что двух бывших пластунов пришкандобил? Кровь-то течет?

Сергей посмотрел на живот — рана была нехорошей, на поверхности появилась бурая слизь. Он достал браунинг, но для выстрела позиция была неудачной.

— Сдохнешь, — пообещал субинспектор. — Плевать на деньги. Я этих поганых свиней успею выпотрошить, пока Гирин сообразит прислать кого. Детишки-то где?

— У меня в доме, — прохрипел Травин. Его тошнило и начало подтрясывать.

— Ладно, пусть живут, — Карецкий начал двигаться, заставляя Сергея обползать стол. — Меньше греха на душу брать придется.

Но Травин не стал этого делать, подобрал ноги, ориентируясь по дыханию, где находится субинспектор, выставил из-за стола браунинг, заставляя Карецкого двигаться в определенную сторону.