Король уныния

Все сводилось к следующему: Моя первая проверка в качестве генерального директора должна была состояться через шесть месяцев, что совпадало с моим тридцатым днем рождения. Это означало, что у меня есть полгода, чтобы придумать, как выполнить условия завещания. Тем временем Эдуардо оставался временным генеральным директором Castillo Group, пока компания искала постоянного руководителя.

Шесть месяцев на то, чтобы стать генеральным директором пока еще несуществующей компании, которая должна была пройти проверку комиссией при первой же оценке. Сказать легче, чем сделать.

Величайший дар, которым мы обладаем — это время.

Когда я вошел в бар клуба Вальгалла, в моем кармане тяжело звенели мамины карманные часы."

"Прошла неделя после похорон отца и моего возвращения в Нью-Йорк. Последние шесть дней я размышлял о своем положении, но пришло время поднимать свою задницу с дивана, и что-то предпринять.

Я заказал фирменный напиток клуба и оглядел помещение с темными панелями. Вальгалла была ультраэксклюзивным клубом для самых богатых и влиятельных людей мира. У него были филиалы по всему миру, и я был членом клуба благодаря моей матери, потомку одной из семей-основателей. Мой отец сколотил свое состояние, но моя мать родилась в деньгах.

Несмотря на желанное членство, я редко бывал в Вальгалле. Там было слишком душно для меня, но это было единственное место, где я не столкнулся бы со своими нью-йоркскими друзьями. Они были хороши для приятного времяпрепровождения, но они были не те, кого я хотел бы видеть в своем нынешнем состоянии.

В баре было тихо в этот ранний час. Я был одним из двух людей, сидящих у стойки; через несколько табуретов сидел безупречно одетый азиат в очках и сшитом на заказ костюме от Деламонте, он наблюдал за мной с вежливым любопытством.

— Без комментариев, — сказал я, прежде чем он открыл рот.

Я протянул бармену пятьдесят долларов чаевых, когда он принес мой напиток и одним глотком осушил половину стакана.

Кай Янг забавно приподнял бровь. Генеральный директор самого мощного в мире медиаконгломерата был не из тех, кто устраивает засаду с вопросами о смерти члена семьи, но быть осторожным никогда не помешает.

— Я слышал, ты вернулся в Нью-Йорк, — сказал он, тактично проигнорировав мою грубость. Его отточенный британский акцент органично вписывался в нашу элегантную обстановку, в то время как я чувствовал себя не в своей тарелке, как пингвин в Сахаре. — Как дела?

— Я пью в час дня, — сказал я. — Бывало и лучше.

Если бы Слоан была здесь, она бы сказала, что мои дневные попойки — обычное дело. К счастью, она была слишком занята на работе, чтобы загружать меня вопросом генерального директорства. Хотя мне все равно хотелось, чтобы она была здесь.