Униженная невеста дракона или Хозяйка зимнего поместья

– Хозяйка! – Жерар радостно виляет хвостом, но глаза остаются жалобными. – А курочка ещё осталась? Или хотя бы косточки? Я бы так аккуратненько...

Не успеваю ответить, как Кошка замечает мою перевязанную руку и начинает хохотать, запрокинув голову:

– Ох, Аннушка, это великолепно! – она смахивает кончиком хвоста выступившие от смеха слёзы. – Именно так и встреть лорда Вэйна, когда вернётся. А чтобы усилить эффект, можешь засунуть руку в подарочную коробку. Умираю от желания увидеть его реакцию!

- Я смотрю, ты шибко искупать хочешь? - вкрадчиво спрашиваю у пушистой вредины, и она мигом бежит к дальнему подоконнику.

– А чего случилось? – Жерар растерянно хлопает глазами, переводя взгляд с меня на Кошку.

- Маленький ещё, - язвит нахалка и дразнит его шершавым языком, - не поймёшь.

Открываю холодильник – курицы нет, только замороженное мясо. Тяжело вздыхаю:

– Ладно, схожу в булочную, выпью кофе и заодно куплю вам курицу в мясной лавке. Не просить же у Кристин доставку из-за одной лишь тушки. А вечером сделаю пюре и нажарю котлет.

Выхожу за ворота, щурясь и подставляя лицо холодному солнышку. Воздух свежий, чистый, хочется пить его как воду!

“Главное, улучить момент и прошмыгнуть мимо той книжной лавки.”

Однако стоит повернуть голову в сторону города, и я замечаю, как по обочине вальяжно шагает Альфред, помахивая утренней газетой.

Глава 30

Первая мысль – развернуться и шмыгнуть за калитку. Можно попросить Жерара соврать, что хозяйка уехала в неизвестном направлении.

Да, точно, пусть скажет, что не знает, когда я вернусь! Если надо - протопчу тропинку в обход этой клятой книжной лавки.

Но не успеваю даже дёрнуться – Альфред заметил меня и приветственно машет рукой. Огненно-рыжие волосы горят как медь на солнце, а самодовольная ухмылка заставляет желудок сжаться в тугой комок.

- Какое прекрасное и удивительное утро! Леди, вы умеете удивлять! – его голос аж пропитался притворным дружелюбием. – Поздравляю со свадьбой! И надо же – на таком влиятельном мужчине.

Чувствую, как немеют пальцы. Хочется скрестить руки на груди, закрыться, но вместо этого заставляю себя расправить плечи. На губах – вымученная улыбка, больше похожая на гримасу.

- Неужели слухи разносятся так быстро? – мой голос звучит хрипло, будто я выпила графин ледяной воды с открытым горлом на морозе. – Мы хотели тихую роспись по обоюдному... – спотыкаюсь на этом слове. Ложь горчит на языке, но заставляю себя договорить, - ...согласию.

Альфред усмехается, и от пронзительного взгляда по спине бегут мурашки. Невольно делаю полшага назад, когда он протягивает мне сложенную вчетверо газету.

- Утренний вестник поставил на уши весь Милфорд, – в его тоне слышится что-то хищное.