Уникумы Вселенной – 3

Что все и сделали. Кроме Люссии. Фотокорреспондент в ней победил стремление к покою, и она быстренько установила камеру в выемку стены так, чтобы и самой попадать в объектив. Затем весело подмигнула в камеру и чинно застыла, как и все остальные.

Но все равно через несколько мгновений глаза у всех раскрылись от неожиданно резкого, скрипучего голоса, который раздавался от третьего выхода на верхнюю ступень и которую так и не открыли до сих пор по ненадобности.

– А кто вам позволил сюда войти?! – Переводчики речи были у всех, причем по отношению к данному языку устройства не тратили время на адаптацию. Участники спектакля сразу понимали прекрасно каждое слово.

Ну и естественно, что все развернулись на этот скрип. И это оказалось последнее движение, которое удалось сделать осознанно. Всю плоть словно сковало невидимым льдом, нельзя было пошевелить даже пальцем, хотя каждый осознавал себя дышащим, слышащим и видящим.

Вопрос задал высокий, стройный человек в блестящих до ослепления белых одеждах. На этом фоне даже смуглое лицо было трудно различимо, но то, что оно человеческое, не вызывало сомнений. Как и то, что этот человек принадлежит к синезодам.

А он опять заскрипел своим неприятным голосом:

– Неужели никто мне не может ответить? – После хрюкнул, наверное веселясь, и добавил: – Тогда придется наказать всех!

Тотчас из-за его спины стали выходить подобные ему личности, разве что их белые одежды не выглядели настолько ослепительными. Несколько человек нырнули в раскрытые проходы, наверняка проверяя, кто там еще есть в лабиринте. Еще с десяток синезодов деловито стали отбирать у замерших как статуи созданий оружие. Все это небрежно бросалось к постаменту четырехрукого кентавра. Не прошло и двух минут, как фигуры людей и желлатуков стояли полуголые, имея на себе лишь полоски оборванных тканей.

Именно к ней, остающейся одетой, и подошло неспешно командующее здесь существо, коснулось ее лба ладонью, и паралич с жертвы спал полностью. Тотчас Аника рухнула на колени, подобострастно восклицая:

– Приветствую тебя, Сияющий!

– И я рад тебя видеть, милая. Ты хорошо поработала и сделала самое главное. Чего ты хочешь себе в награду?

Наверное, представительница сагири, или кто она там была на самом деле, давно ждала этого вопроса. Ее рука вскинулась в сторону застывшего столбом Михаила Степановича Днепрянского:

– Подари мне этого раба, Сияющий!

Его брови снисходительно дернулись вверх.

– Забирай!.. И радуйся.

– Живи вечно, Сияющий! – воскликнула Аника и хотела добавить: – Там еще…

Но была оборвана повелительным жестом, в результате которого из пантеона исчезла и она сама, и ее истребованный раб по прозвищу Кормилец.