Уникумы Вселенной – 3

Ясное дело, конкретные слова сюсюканья уловить было нельзя, уж таким полиглотом Кормилец не был, но главную суть он уловил: хищника жалели, баловали, холили, лелеяли и обещали и впредь защищать от всяких злобных, грубых и агрессивных мужланов. При этом довольно часто слышалось ласковое словечко «Вотя». Причем первая буква скорее шепталась, растягивалась, видоизменяясь на «ф», и получалось больше как «Ф-фотя». А разбалованный таким вниманием и ласками пернатый, лениво время от времени приоткрывал оба глаза и шевелил вываленным из громадного клюва языком. Тотчас одна из девиц насыпала на язык хищника горсть каких-то мелких орешков, и язык молниеносно исчезал внутри.

«М-да! Что-то тут не так! – оживились мысли Михаила. – Такое впечатление, что эта… хм… куропатка – домашнее животное. А эти… хм… девственницы на этом баклане летали охотиться за несчастными мужчинами».

Потому что только сейчас обратил внимание, что на спине у гигантского орла прикреплена попона тоже синего цвета, со специальными ручками и даже ремнями для удержания наездниц. Конечно, сразу представить себе, что вот на таком чуде с такой раскраской можно летать, было трудно, но не невозможно.

Больше всего молодого землянина обрадовало то, что оба пистолета так и лежали в углу среди пустых гильз. Значит, можно предполагать, что патроны и в самом деле закончились. Вроде как. Потому что наездницы могли иметь и по второму предмету вооружения. Пусть даже метательный нож, к примеру. Как бы не получилось, что ты к ним опять с улыбкой, а они тебе шило в бок.

Оставалось только продумать, как и в каком стиле начать разговор. Гаркнуть «Руки вверх!» или сразу задействовать парализатор? Деликатно постучать по косяку и уже потом нажать на парализатор? Или сразу на них наброситься, а уже потом…

«Что-то я зациклился на их оглушении! Надо шевелить мозгами».

Продуманное вступление испортил противный пернатый хищник. В очередной раз он приоткрыл свой глаз, потом недоуменно раскрыл его полностью и резко, даже как-то слишком грозно нахмурился. Словно раздумывал: каркать сразу или еще понаблюдать за подглядывающим человеком. Получилось настолько по-человечески, что у молодого археолога челюсть отвисла.

Поэтому он дальше действовал спонтанно, на чистом инстинкте. Шагнул в проем и деликатно кашлянул. Когда на него уставилось уже три пары глаз, помахал левой ладошкой и спокойным тоном пробормотал:

– Привет! Как поживаете?

Уж он-то прекрасно знал, как опасно выводить из себя взбалмошных женщин резкими окриками или агрессивными телодвижениями. А то, что эти две наездницы более чем дикие и взбалмошные, – и к гадалке ходить не стоило. Глаза – как льдистые лазеры. Оскал – словно у дикой пантеры. И шипение – как у атакующей кобры.