Sindroma unicuma. Эпилог

Затаиться и повздыхать о незавидной девичьей доле, когда любимый мужчина развлекается, забыв обо всем на свете, а боевая спутница смиренно переносит тяготы военного времени.

Эхо доносило крики, свист, боевые кличи и отзвуки перестрелки — тихие хлопки пневматики. Улегшись поудобнее, выглянула я из-за сосны, а впереди в трех метрах — «капустник»! Спиной ко мне, с цифрой «два» на куртке. Присел на карачки и осторожненько выглядывает из-за дерева. Снайпер недоделанный.

Сделала я, как Мэл учил. Сдвинула предохранитель, навела прицел на противника, прищурилась одним глазом и спустила крючок. Попала аккурат в самое мясистое место с тылу. А тут и сирена завопила. И мои десять очков помогли выиграть команде «кетчупов».

Мэл, конечно, горячо извинялся, что не удержался и ринулся в гущу сражения, забыв обо мне, но уж очень у него был довольный вид, не соответствующий раскаянию. Выдохся товарищ и уморился.

А того парня, которому я филей подстрелила, приятели обсмеяли, не стесняясь в выражениях. Мол, тех, кто умудрился подставиться бабе, в разведку не берут. Парень злился и поглядывал на меня сердито. Я-то причем? Сам виноват. Зачем расшоперился?

Мэлу так понравился пилбол*, что он истекался, дожидаясь следующих выходных. Ругал дождь, приключившийся некстати, и обрадовался, когда в субботу небо прояснилось с утра. Кое-как высидев на занятиях, Мэл потащил меня в общагу — переодеваться к игре на свежем воздухе. Но сегодня мне расхотелось прятаться в кустиках в ожидании сирены.

— Нет, — возразила, когда Мэл вознамерился записать меня в команду «кетчупов». — Хочу быть «капустой».

— Эвка, зачем тебе проблемы? Схоронись в малиннике и дождись окончания игры.

— Нет. Буду охотиться на тебя.

Он рассмеялся:

— Эвочка, я тебе не по зубам.

— Это мы еще поглядим.

— Не сомневаюсь. Береги попочку, — предупредил он, ухмыльнувшись.

Мэл уговорил «капустников» взять меня в команду, и я поменялась местами с тем парнем, которого подстрелила в прошлый раз. В его взгляде я прочитала обещание быстрой и необратимой смерти на игровом поле — и в филей, и в пах, и в лицо. И вообще, представилось, как парень уливает меня краской с головы до пят и кричит: «Умри, капуста, умри!»

Теперь Мол — вражеский лагерь. За затемненным шлемом он неотличим от других, но я знаю, у него третий номер. Он машет мне рукой в перчатке, мол, пока-пока, и «кетчупы» убегают рысцой на противоположную сторону игрового квадрата.

Бывшие враги, а теперь коллеги обращают на меня ровно столько внимания, сколько требуется слабой и никчемной женщине с оружием в руках. Меня не замечают и не удосуживаются посвятить в стратегию предстоящей войнушки. «Капусты» рассеиваются по территории, а я падаю в ямку.

Сегодня опять играем на время. Первое же попадание — с поля долой.