Тридцатого уничтожить!

— Да нет… — Он вдруг запнулся и некоторое время помолчал, потом неожиданно выпалил: — Из плена!

— Из плена? — удивленно воскликнула она, — А я думала, моряк: смотрю — тельняшка, — сумку из рук не выпускаете — Она хитро подмигнула. — Ну, думаю, зарплату едет пропивать морячок!

— Во-первых, тельник не морской, а десантников, воздушных десантников, Купил случайно, на рынке, а денег… — Он усмехнулся, раскрыл сумку и вытащил оттуда небольшой сверток, развернул его и показал свои награды. — Вот все мое богатство!

— Да вы, вижу, герой! — восхищенно воскликнула Лана.

Они не заметили, что сосед, сидящий через проход от них, внимательно прислушивается к их разговору и видит его награды.

— Знаем, как они эти награды «зарабатывали»! — зло усмехнулся да, видно, что он был явно навеселе. — Детей да баб в Афганистане хлопали!

Савелий резко повернулся к нему и хотел что-то сказать, но на его руку неожиданно легла рука Ланы, и она успокаивающе пожала ее.

— Слушай ты, внимательный мой, ты там был? Ты видел то, о чем говоришь? — тихо, но достаточно ясно произнесла Лана с довольно неожиданной для нее злостью.

— Я? — мужчина явно растерялся от такого поворота сюжета: какая-то «соплячка» будет его учить, и ответил с гонором, ехидно: — А в кого тогда они там стреляли?"

"— А ты не знаешь? Во врага! Защищая таких, как ты! — Это было так смешно со стороны: хрупкая молодая девчонка бросила толстому мужику лет пятидесяти такие слова. Он совсем смешался, но сдаваться не хотел:

— Лично я не просил их меня защищать, и я туда их не посылал! А вам, девушка, должно быть стыд…

— Вот! — перебила она. — Из-за таких, как ты, которые молчали и посапывали в две дырочки, они и были там! — Девушка никак не могла успокоиться. — Там мой дядя погиб, а этот толстяк сидит тут и «умно» рассуждает!

Толстяк хотел что-то возразить, но Савелий вдруг зло бросил ему:

— Хватит! Заткнитесь!

Тот мгновенно трусливо сник и отвернулся в сторону.

— Ненавижу таких! — зло процедил Савелий.

— Не бери в голову, солдат! На гражданке таких много. Были бы они там сами, не говорили бы так, — неожиданно проговорил мужчина, сидящий за ними. — Извините, что вмешался. Савелий опустил голову.

— Если совесть твоя чиста перед самим собой, то значит все хорошо!

— Лона снова пожала его руку. — Давай лучше выпьем, за знакомство! Идет? — Она подмигнула ему.

— Нет возражений! — наконец улыбнулся и он, затем взял водку и чокнулся с ней. Быстро выпил, не запивая.

— И долго вы не были на родине? — спросила Лана, отпив немного шампанского.

— Долго, около пяти лет! — Он снова насупился.

— Если вам не хочется говорить Об атом, то…

— Нет-нет, не обращайте внимании. Спрашивайте о чем хотите. — Савелий достал виски и, немного налив в стакан, снова выпил.