Тридцатого уничтожить!

Савелий бросился вперед, не прекращая огня из своего автомата, а когда кончились патроны и ему пришлось отбросить его, чтобы не мешал, его поддержал капитан, который бросил гранату, взорвавшуюся не только рядом с боевиками, но и задевшую бензобак. Один из боевиков, облитый горящим бензином, в ужасе стал метаться между машинами, пока случайная пуля не прекратила его страдания.

Этот взрыв позволил Савелию добежать до машины и юркнуть в раскрытую капитаном дверь. «Жигули» тут же сорвались с места чудом проскочили между горящей черной «Волгой» и кюветом и устремились по трассе.

Шашлычник добрался наконец до телефона-автомата, В шоке не заметив, что провода все порваны, он подхватил дрожащими руками телефонную трубку и быстро набрал «02».

— Алло! Милиция! Милиция? — всхлипывая, выкрикивал он, не обращая внимания на то, что трубка не издает привычных гудков. — Милиция! Здеся цельная война идет! Скорее! Скорее! Помогите! — взывал он о помощи.

В этот момент из-за остатков ресторана выехала «Волга», а за ней открытый джип. Обе машины были наполнены боевиками.

Услыхав, как шашлычник вызывает милицию, боевик, сидящий на переднем сиденье джипа, зло усмехнулся:

— Вот сволочь: сколько денег получил, а туда же.

— Много убитых. Автоматы… Гранаты… Пушки… — всхлипывая, перечислял старый шашлычник.

— Сука! — бросил боевик и дал по нему очередь из автомата.

Пули впились в спину шашлычника, а одна вдребезги разорвала телефонную трубку. Шашлычник повернулся, удивленно посмотрел вслед джипу и медленно сполз по стене своего ресторана.

Уцелевшая было стенка, словно не выдержав его веса, медленно повалилась и накрыла старого шашлычника.

Два медальона

Американцу делали операцию, а полковник сидел в кабинете заведующего и терпеливо ожидал результата.

Незадолго до операции американец приходил в себя на несколько секунд. Он с удивлением оглядел окружавших его сотрудников госбезопасности и проронил несколько фраз по-английски:

— Хочу говорить только со старшим офицером КГБ. Прошу вызвать переводчика. Прошу связать меня с американским посольством. — И снова потерял сознание.

— Ничего не могу поделать, товарищ полковник! — пожал плечами заведующий хирургическим отделением. — Он потерял очень много крови, еще удивляюсь, что можно бороться за сохранение ноги, и пока не знаю, чем кончится для него эта, довольно несложная в общем-то операция. — Он, перехватив недоумевающий взгляд Богомолова, добавил:

— Долгое время этот американец подвергался воздействию наркотиков.

При незнакомце никаких документов не оказалось.