Тридцатого уничтожить!

— Не совсем так: как только сообщат о нем, так и прилетят, — поправился старик.

— Вот, товарищ полковник, нашел! — воскликнул Нигматулин и вытащил из-за пазухи американца золотой медальон на цепочке.

— Очень странно. Как он мог попасть к нему? — как бы про себя проговорил полковник. Он забрал у майора медальон и какое-то время смотрел на него, пытаясь самому себе ответить на некоторые вопросы, потом снова спросил. — Как он?

— Без сознания, товарищ полковник. Но дыхание ровное! Его срочно нужно к врачу! — Нигматулин вопросительно посмотрел на полковника, потом на генерала.

— Хорошо, помогите! — полковник склонился над американцем и стал поднимать его. Втроем они подхватили его и понесли к вертолету. Когда они внесли американца в салон, генерал молодцевато спрыгнул на песок и протянул руку старому Касыму:

— Еще раз спасибо, отец! Живите долго! Вы очень помогли нам!

«Пей или вылью!»

— Ну, что, пора еще упасть минут на пять! — бросил капитан пересохшими губами и тут же повалился на песок. Его грудь вздымалась от тяжелого дыхания.

Воздух был настолько раскален, что казалось, обжигал даже легкие. Немного отдышавшись, капитан снял с пояса свою фляжку открутил колпачок и опрокинул в рот — несколько капель не смочили даже губ, и он отбросил пустую фляжку в сторону:

— Пуста моя коробочка, — с сожалением сказал он.

— Ничего, капитан, пробьемся! — отозвался Совелий и тоже снял с пояса фляжку. Встряхнул ее: в ней еще что было и капитан бросил на фляжку вожделенный взгляд. Савелий перехватил этот взгляд и весело сказав: «У меня что-то булькает», протянул ее капитану.

— Да я как-то уже привык, — бодрился капитан и сделал чисто символический глоток, после чего вернул фляжку Савелию.

— Не пудри мозги, капитан! Привык он, — сердито буркнул Савелий. — Пей половину, или вылью! — он сделал решительный жест прямо перед носом капитана, наклоняя фляжку, и тот резко выхватил ее из его рук.

Посмотрев на хмурое лицо Савелия, он сделал несколько глотков и протянул Савелию:

— Ты что, в самом деле вылил бы? — спросил он, повертев пальцем у своего виска.

Савелий допил остатки кумыса, отшвырнул фляжку, и та гулко стукнулась о фляжку капитана.

— Я что, чокнутый, что ли? — бросил Савелий.

Капитан удивленно взглянул на него и вдруг заразительно рассмеялся, этот смех подхватил и Савелий.

Они смеялись несколько минут и даже, казалось, устали от смеха. Но этот странный беспричинный смех и несколько глотков кумыса настолько взбодрили их, что у них как бы открылось второе дыхание.