Унесенные ветром. Том 2

"

"— Ну вот, наконец-то леди с мозолистыми руками приступила к выполнению своей подлинной миссии. Боюсь, «посещение больных и узников» — не ваша роль. Чего же вам надо? Денег?

Этот прямой вопрос разрушил всякую надежду подойти к делу кружным путем, сыграв на его чувствах.

— Не надо злорадствовать, Ретт, — вкрадчиво сказала она. — Мне действительно нужны деньги. Я хочу, чтобы вы одолжили мне триста долларов. — Вот наконец-то правда и выплыла наружу. Говорите о любви, а думаете о деньгах. Как по-женски! Вам очень нужны деньги?

— О да… То есть они мне не так уж и нужны, но не помешали бы.

— Триста долларов. Это большая сумма. Зачем они вам?

— Чтобы заплатить налог за Тару.

— Значит, вы хотите призанять денег. Что ж, раз вы такая деловая женщина, буду деловым и я. Под какое обеспечение?

— Что-что?

— Обеспечение. Гарантирующее возврат моих денег. Я не хочу их терять. — Голос его звучал обманчиво мягко, был такой бархатный, но она этого не заметила: может, все еще и устроится.

— Под мои сережки.

— Сережки меня не интересуют.

— Тогда я вам дам закладную на Тару.

— А на что мне ферма?

— Но вы могли бы.., могли бы.., это ведь хорошая плантация, и вы ничего не потеряете. Я расплачусь с вами из того, что получу за урожай хлопка в будущем году.

— Я в этом не уверен. — Он откинулся на стуле, засунув руки в карманы брюк. — Цены на хлопок падают. Времена настали тяжелые, и люди денег на ветер не бросают.

— Ах, Ретт, зачем вы меня дразните! Я же знаю, что у вас миллионы!

Он наблюдал за ней, и в глазах его плясали злорадные огоньки.

— Значит, все у вас в порядке, и деньги вам не так уж и нужны. Что ж, я рад это слышать. Приятно знать, что у старых друзей все в порядке.

— Ах, Ретт, ради всего святого!.. — в отчаянии воскликнула она, теряя, мужество и всякую власть над собой.

— Да не вопите вы так. Я думаю, не в ваших интересах, чтобы янки вас слышали. Вам кто-нибудь говорил, что глаза у вас как у кошки — у кошки в темноте?

— Ретт, не надо! Я все вам расскажу. Мне очень нужны деньги, очень. Я.., я солгала вам насчет того, что все у нас в порядке. Все так плохо — дальше некуда. Отец.., он.., он.., совсем не в себе. Он стал очень странным — как дитя — с тех пор, как умерла мама, помощи мне от него ждать нечего. И у нас нет ни одного работника, чтоб собирать хлопок, а кормить надо тринадцать ртов. Да еще налоги такие высокие. Ретт, я все вам расскажу. Вот уже год, как мы почти голодаем. Ах, ничего вы не знаете! Не можете знать! У нас просто есть нечего. А это так ужасно, когда просыпаешься голодная и спать ложишься голодная.