Умри в одиночку

Утром они собираются посетить в райцентре детский дом, чтобы посмотреть, как живут дети, оставшиеся в результате войны без родителей…

– Есть там детский дом, – кивнул Берсанака. – Я сам перечислял деньги на его содержание…

Это была новость для полковника. И хорошо, что он не открылся перед Гайрбековым, иначе всё могло бы провалиться, ещё не начавшись.

– Но гостиница там очень маленькая. Кажется, всего шесть номеров. Так мне сказал Сосланбек… И всех поместить в отдельных номерах не получается.

– Да, гостиница там всегда была маленькая. И номера грязные, – согласился Берсанака. – С потолка штукатурка на головы падает. Мне так говорили, хотя сам я там не был ни разу. У районных властей денег на реконструкцию нет, а частникам брать себе гостиницу нет смысла, приезжих бывает слишком мало…

– Вот-вот… А европарламентарии привыкли к европейским удобствам. Но, в принципе, это даже не так и важно. Место ночёвки мы оставляем на последний случай…

– И что?

– Сосланбек дал мне номер мобильника одного из приезжих. Я уже разговаривал с ним. Этот человек готов нам помогать. Скорее всего, часть из них откажется от гостиницы и предпочтёт ночевать в автобусе. Но автобус они время от времени покидают – не экскурсанты ведь… При этом уже точно известно, что для европарламентариев готовят праздничный ужин. В местном кафе… Допоздна засидятся… Кафе расположено…

– Да, я знаю… Рядом со сквером… Самый центр посёлка…

– Их так уже встречали в разных районах. Везде они оставляли верхнюю одежду в автобусе. За стол отправлялись раздетыми. Водитель автобуса уходит с ними. Засиживаются обычно допоздна. Европейская привычка…

– И что?

– Нужно только проникнуть в автобус и обрызгать одно пальто и одну куртку из всех. Обрызгать в районе воротника, чтобы препарат позже попал на шею. Повторяю, только одно пальто и одну куртку. Это одежда тех, кто лояльно относится к России и мешает принятию серьёзных решений. Мне скажут при необходимости, как эту одежду найти. Под сиденьями необходимо будет оставить пустые тубы от российского аналога препарата. Тубы мне привёз Сосланбек. Вот и всё… Это будет твоей задачей…

– Дело простое… Что дальше?

– Дальше всё по расписанию – утром они поедут в детский дом. Мы будем смотреть и снимать происходящее на видео… Я хочу с вечера забраться на чердак детского дома. Сосланбек сказал, что там лестница с улицы. Из окна можно всё снять.

– Что снимать-то? – не понял Берсанака.

– Ты знаешь, что находится через тонкий дощатый забор от двора детского дома?

– Понятия не имею. Раньше там была заброшенная спортплощадка. Хотели строить районный стадион, но началась перестройка, с ней так ничего и не построили.