Разводить(ся) надо уметь

А я что, такой страшный стал за эти годы, раз она так быстро сбежала? Хотя нет, скорее всего, до сих пор обижена за тот мой поступок, когда отправил ее на аборт. Ну что же, ей будет приятно узнать, что я тоже жалею.

Выскакиваю из фургона, спешу за ней в надежде перехватить и вдруг замечаю, как к ней подбегает худой мальчишка лет двенадцати.

— Мама, я хочу бургер! — просит он. — Пойдем купим?

— Нет, сынок, я запрещаю тебе туда ходить! — резко отчитывает его она, хватает его за руку, тянет в сторону и тут замечает, что я подошел.

Смотрю на пацана и узнаю в нем свои черты. Он моя копия в этом возрасте.

— Ты не сделала… — Я резко замолкаю, не хочу произносить слово «аборт», ведь сын рядом, продолжаю с надрывом: — его, да?

Люба сразу понимает, о чем я.

— Не сделала, — качает она головой.

У меня перед глазами всё начинает кружиться, расплываться… еле фокусирую взгляд на Людмиле и… моем сыне? Такой же худой, как и я когда-то, смешной, высокий для своих лет.

— Спасибо тебе, спасибо! — искренне обращаюсь к Любе. — Спасибо, что ты его оставила!

В этот момент замечаю, как с ее лица исчезает враждебность, а глаза искрятся от слез.

— Я так мечтала, что когда-нибудь ты скажешь мне именно эти слова…

Конец"