Умереть дважды

В подвале остались Крымов, Тимохин, Акрани и Родионов. Руководитель операции обратился к командиру экипажа «Ми-8»:

– Ты уверен, Антон, что сможешь опустить «вертушку» между скал прямо на усадьбу Башара? Ведь раскачка машины может привести к тому, что ты заденешь лопастями несущего винта скалу, и тогда…

Родионов покачал головой:

– Крым! Я когда-нибудь учил тебя, как проводить наземные боевые операции? Нет, потому как ни хрена в этом не разбираюсь. Так и ты не суйся туда, где тоже ни в чем не разбираешься. Вы занимайтесь своей работой, гасите духов, освобождайте заложников, а я буду заниматься своей. И высажу Тимохина там, где это надо.

– Извини, Антон, не хотел тебя обидеть!

– Извиняю, только больше глупых вопросов не задавай, лады? Если я не буду уверен в том, что смогу решить поставленную задачу, не сомневайся, тут же доложу тебе об этом. Я не хочу подохнуть раньше времени, как и ты, и как все наши парни. Предпочитаю умереть от старости в уютной постели собственного дома, а не в этих долбаных горах.

– Ладно, хорош базарить, – оборвал офицеров Тимохин. – Давайте еще раз отработаем вариант с воздушной атакой и высадкой десанта.

Обсуждение затянулось за полночь. А в 4.00 к объекту пошли боевые группы спецназа «Мираж», «Град» и отряд Бакаяра. Вел сводное штурмовое подразделение подполковник Соловьев. Бойцы быстро скрылись в темноте между холмов. Провожавшие их Крымов с Тимохиным закурили. Начальник отдела спецмероприятий, он же руководитель боевой операции, посмотрел на небо, выпуская дым, проговорил:

– Какое же здесь все же ночное небо красивое! Звезды совсем рядом. Кажется, протяни руку и снимай.

Тимохин улыбнулся:

– И тут же их на погоны, на грудь, да, Крым? За ночь и маршалом станешь, и героем всех стран и народов. Еще и на других останется.

– Нет в тебе романтики, Саня! Все есть, а вот с романтикой напряги. Один сплошной прагматизм.

– Кто бы говорил, тоже мне романтик нашелся! Пойдем лучше отдохнем, рассвело уже.

– Сутками ранее в 1941 году началась Великая Отечественная война. Вот так же, на рассвете.

– И к чему это ты клонишь?

– Да ни к чему. Просто надо помнить историю страны.

– Это ты тем, кто современные учебники истории составляет, расскажи. У нас молодежь скоро забудет, что это война вообще когда-то была.

– Может, и правильно?

– Нет, неправильно! Миллионы людей погибли, чтобы жили мы, молодое поколение.

– Мы-то помним – и воюем. Интересно, было ли в двадцатом веке хоть одно десятилетие без какой-либо войны?

– Вот и прикинь. Глядишь, и уснешь быстрее.

– Я усну тогда, когда надо, и проснусь тоже тогда, когда надо. Ладно, идем, отдохнуть действительно не помешает. Что будет вечером, одному Богу известно.

– Да сделаем мы духов и ребят освободим!

– Если они находятся в Абри.