Улыбка 45-го калибра

Я устроилась на стуле и, хрустя и шурша нафабренными ресницами, прошептала:

– Меня прислала к вам Валя Колоскова.

Олег Игоревич не шелохнулся, его лицо продолжала освещать самая ласковая улыбка.

– Мне посоветовала обратиться к вам Валя Колоскова, помните такую? – повторила я.

– Конечно, моя пациентка, очень милая женщина.

– Видите ли, – осторожно завела я, – я попала в трудное положение.

Врач постучал пальцами по столу.

– Рассказывайте спокойно, помогу, если сумею. Пропустили срок?

– Да! – радостно сказала я.

– Многовато, но возможно. Давайте сначала сдадим кое-какие анализы, – и доктор вытащил из стола беленькие бумажки. – Завтра пойдете в 9-й кабинет, натощак. Да, еще принесите паспорт, нужно завести историю болезни.

– И сколько? – спросила я.

– Тысяча долларов, – преспокойно ответил Олег Игоревич.

Снова повисло молчание.

– Вам эта сумма кажется большой? – ожил врач. – Но придется еще платить медсестре и кое-кому в роддоме. Дело незаконное, потому и деньги большие.

– Нет-нет, – с видом жизнерадостной идиотки ответила я, – наоборот, очень рада, что получу такие хорошие деньги. Валечка говорила о пятистах долларах!

Доктор положил ручку и уставился на меня уже без всякой улыбки.

– Ну Валюша сказала, что вы заплатите пятьсот «зеленых», а теперь речь идет о тысяче.

– Я вам буду платить?! – подскочил Олег Игоревич. – За что?

– Ну, – замялась я, – сами понимаете…

– Послушайте, – улыбнулся Олег Игоревич, – вы хоть осознаете абсурдность ситуации? Пришли просить сделать аборт на большом сроке…

– Вы меня не поняли, я от Вали Колосковой!

– Да понял великолепно, – вскипел гинеколог, – только деньги-то вы мне должны будете, а не наоборот.

– Я пока еще не забеременела!

Олег Игоревич швырнул ручку на стол, от его приветливости не осталось и следа.

– Послушайте, мадам, что за представление! То собрались аборт делать, то не беременны. Как вас понимать?

Я секунду помедлила и решилась:

– Валя сказала, будто тут нужны эмбрионы.

– Кто?! – подскочил врач на стуле. – Кто мне нужен?!

– Ну, вроде для науки, – не сдавалась я, – изучаете вы их. Так вот, готова забеременеть, а потом пойти на аборт!

Гинеколог уставился на меня во все глаза.

– Вам это сказала Колоскова?

– Да, и цену назвала: пятьсот долларов за зародыш и еще по сто баксов в месяц на питание.

– Дорогая моя, – неожиданно ласково зажурчал Олег Игоревич, – теперь наконец понял, в чем суть. Видите ли, Валя Колоскова больной человек. Она пытается родить ребенка, но тщетно. Есть такая неприятная вещь, как привычный выкидыш, вот с ней данная штука и происходит. Мы сейчас начали гормональное лечение, тяжелым препаратом. Кое у кого на фоне его приема развиваются психозы. Очевидно, у Колосковой временное помрачение рассудка.