Ледяной укус

Я была так зла, что была лишена выбора стать ли вампиром, и я взъелась на него. Конечно, он был ужасно высокомерным при этом, и у он совсем не переживал о моем уходе из университета. Но все же он спас мне жизнь. И не только потому, что он не случайно нашел меня в ту ночь на территории кампуса, а из за того что он сделал.

Решение войти в мою жизнь в ту ночь по правильным причинам. Мой отец предложил ему тридцать сребреников, и Этан попытался исправить то, что мой отец пытался сделать. Мои глаза наполнились слезами, и я обратилась с тихой благодарностью ко

Вселенной, за то, что она отправила его ко мне. — Я говорила тебе, что ты спас мне жизнь…

Он не дал мне договорить, его рот искал мой… и он жадно целовал меня, жадно и с явным намерением. Его пальцы запутались в моих волосах, притягивая меня ближе, исходящее от него возбуждение оставляло неизгладимый след на моем теле.

Его свободная рука нашла мою грудь, и я застонала от его поцелуя, Страсть зажглась и оставила мое тело в огне.

Казалось всего лишь через мгновение, пока моя грудь вздымалась, а мое тело горело, он отстранился.

— Если ты скажешь слово «Стой», я ударю тебя.

— Не останавливайся.

Затаив дыхание, он сказал. — Наверх. Сейчас же."

"Я поблагодарила все силы, что он нашел, чтобы произнести эти слова, и я не собиралась с ним спорить.

Глава 19

НЕИЗМЕННЫЕ

Взбираясь вверх по лестнице, мы едва не срывали друг с друга одежду. Вероятно, при этом мы оставляли явные следы энергии по всему Дому, которые сделали наше взаимное притяжение ясным как день для всех. Когда мы добрались до своей квартиры, он захлопнул и запер дверь, потом снова нашел мой рот. Его руки были притягивающие, настойчивые, запутывающиеся в моих волосах и тянущие меня ближе, заставляющие меня поверить в то, что они обещали.

— Я скучала по тебе, — призналась я, когда он прижал меня к кровати.

— Мне бы хотелось, чтобы все было по-другому, — пробормотал он. На мгновение он завис надо мной, его тело разделяли от моего жалкие сантиметры… но он все еще был далеко.

— Как это?

— Похоже, то что мы сделали — это навсегда.

— Это случилось по крайней мере два месяца назад, — сказала я с легкой улыбкой, а затем положила руку на шрам над сердцем.

Выражение его лица стало серьезным, цвет глаз поменялся на зеленый цвет древних кельтских лесов. — Ты моя, Мерит.

Я улыбнулась, прижав руку к его лицу, поглаживая большим пальцем вдоль мягкого изгиба его губ. — Я твоя, пока ты не запретишь себе этого, или в противном случае, до тех пор, пока я могу терпеть тебя.

Он усмехнулся нечестиво, пока его глаза блуждали по моему телу, — Давай посмотрим, как долго ты сможешь мириться со мной.

Я должна была понять, что это было предупреждение.