Укротить Ураган

Жадные губы терзали девичий рот, не позволяя сделать и крохотного вдоха, до

головокружения, то полного отключения сознания, до протяжного стона, вырванного из груди горячим дыханием и обжигающими касаниями.

Умелые движения языка сводили Иветту с ума, окончательно. Хотелось плакать, даже рыдать громко и в голос. Никогда еще Шуховская не чувствовала себя настолько беспомощной и сбитой с толку. Ей хотелось вырваться и вместе с тем не покидать крепких рук. Хотелось ударить, как можно сильнее, и зарыться пальцами в русые волосы. Хотелось расцарапать красивое лицо в кровь и закрыть от всего мира.

Она проиграла, понимала, что не просто бой, а вся война с принцессой окончилась не в ее пользу. Ива чувствовала себя брошенной на лопатки, когда противник давит на горло, не позволяя глотнуть свежего воздуха, когда легкие разрывает от необходимости дышать. Ей хотелось плакать, и она ненавидела себя за эту слабость. Но в его руках было так уютно, словно кто-то родной обнимал и дарил такой необходимый и желанный покой.

— Как у вас здесь весело, однако! — вспорол веселый голос звенящую тишину квартиры, — А я телефон забыл, пришлось вернуться. Конфетка, а я и не знал, что все настолько серьезно.

Тарас, уже второй раз за последний час, захотел убить человека. Одного и того же. Но сильнее желания смертоубийства оказалось жажда «пометить территорию». И поэтому Вольных не позволил Иве вырваться из его рук. Даже пошевелиться не дал. Зафиксировал активно дергающееся тело Иветты и бросил убийственный взгляд на фотографа.

Парень стоял, подпирая плечом стену, скрестив руки на груди и сверлил Тараса серьезным взглядом.

— А Василий знает, чем ты занимаешься в обществе красавцев-блондинов? — серьезно поинтересовался Марк, переведя взгляд на девушку.

Иветте, наконец, удалось сбросить с себя руки парня.

— Не твое дело! — рявкнула Ива, и, не обращая внимания на парней, выбежала из квартиры.

Оказавшись в машине, Ива сразу же завела двигатель. В зеркале заднего вида Иветта Марковна рассмотрела высокую фигуру Вольных. Но предпочла избегать его общества. А попросту — сбежать без оглядки. Иветта Марковна, бесстрашная и отважная, струсила.

Глава одиннадцатая. Волнительное

Ночь и почти весь следующий вечер Иветта Марковна провела, словно в тумане. Легкое недомогание и небольшой насморк подсказали девушке, что она простыла. А поскольку заражать беременных дам, проживающих с Ивой под одной крышей, не хотелось, то Шуховская весь день провела в заточении, то есть провалялась в своей комнате, в постели.

Честно признаться, не столько болезнь стала поводом затворничества, сколько отвратительное настроение. Ива понимала: крайне непрофессионально отступать от данных обещаний, но девушка решила, что клиент ее поймет.