Укротить хищника

Дал, можно сказать, зеленый свет самому болтливому ребенку на свете.

Судя по лицу Сережи, он только сейчас сообразил, что наделал своими словами. Так как, нахмурился и перевел взгляд на Ваню.

— А… — только начал говорить Ваня, как тут же был перебит Сергеем.

— Давай договоримся, парень! Сейчас я беседую со Светой, а потом с тобой. Если хочешь, я даже поиграю с вами в…во что вы там играете.

— Честно? — Ванька смотрел на мужчину с подозрением и надеждой. Ещё бы — такой шанс!

— Обещаю! — практически торжественно сказал Сергей и вернул всё своё внимание к моей персоне.

Ваня удовлетворенно заулыбался и смотрел то на меня, то на Сергея.

— Я жду, — мужчина сузив глаза, поднес кружку к губам.

— Я уснула случайно с Ванькой, когда его укладывала спать.

— Свет, ты забыла, что ли? Ты же сама вчера сказала, что поспишь со мной, — воскликнул мой не в меру разговорчивый мальчик.

Я точно заклею этому ребёнку рот скотчем! И посажу его под домашний арест в их комнате!

Почувствовала, как щеки становятся пунцовыми от того, что меня уличили во лжи. Мысли разбежались и что сказать в своё оправдание, я не находила.

— Интересно как… — протянул Сергей. Взгляд перестал быть спокойным. — Для старческого склероза ты вроде не доросла. Девичья память, не так ли, Света?

Молчи. Просто молчи. Ему надоест меня третировать и пугать, и он отстанет.

Самоуспокоение что-то не сильно помогало. К краске стыда на лице добавилось учащенное сердцебиение.

— Пацаны, давайте, идите и приготовьте игрушки, в которые мы будем играть, — обратился Сергей к близнецам.

Я тут же встала с места и стала прибирать со стола, унося в раковину грязные кружки. Включила воду и стала мыть посуда, надеясь на то, что Сергей уйдет вместе с ними.

Ванька и Леша пошли на выход, переговариваясь и решая, во что им поиграть. Они удалялись и голоса постепенно стали звучать всё тише и тише.

Хоть бы он ушел! Хоть бы он уш…

На мои плечи опустились мужские руки. Я застыла. Ощущение такое, словно положили горячие и тяжелые кирпичи. Из-за бегущей из крана воды, я не услышала его приближения.

Он приблизился совсем близко — казалось, я ощущаю тепло его тела, несмотря на нашу одежду. А может и не казалось?! Наклонил голову, практически касаясь губами моего уха, и тихо, но с угрозой в голосе, сказал:

— Ещё раз соврешь мне — пожалеешь! Сильно! — одна его рука оставила в покое моё плечо и скользнула, как змея, к моей шее. Обхватила горло, совсем как в первую нашу встречу, чуть сжала — словно показывала всю серьёзность его слов. А потом, неожиданно для меня, он ослабил хватку и провел пальцами очень нежно там, где только что сжимал. — Домываешь посуду, а мы ждем тебя с пацанами.

Отдав команду, словно я его прислуга, он ушел.

Непонятная дрожь охватило моё тело.