Укротить дьявола

Я уже испугалась, что после удара по голове окажусь в твоем вкусе.

Он хмыкает.

– Но глаза у тебя красивые, – подмигивает Лео. – Давно я не встречал человека с гетерохромией.

– А я никогда не встречала человека с таким раздутым самомнением. Высади меня!

– Можно я буду называть тебя Хромик?

Мое сердце останавливается.

– Тогда я буду звать тебя Шакалом.

– Романтично…

– Очень! Высади меня у больницы, пожалуйста. Пойду сделаю рентген мозга. Посмотрю, что у меня в голове, раз я согласилась сесть в твою гребаную машину.

– Я заеду в магазин брата, а потом отвезу тебя в суд, как ты и просила.

– Брата? В смысле к Глебу?

– Именно. Если мы с тобой так замечательно общались, он должен знать, кто ты, верно?

– Почему бы тебе просто не позвонить? Зачем тащить меня к нему?

– У меня свои методы.

– Вот и оставь их при себе! Я попросила выпустить меня. Я не твоя пленница!

– Очень даже моя, – растягивая слова, подмигивает он. – Я же маньяк, забыла? Я тебя похитил.

От его низкого глубокого голоса у меня дыхание перехватывает.

– Почему ты до того спокойно к этому относишься? Я не понимала, как ты живешь, защищая убийц, а теперь все считают убийцей тебя самого. Но ты не только приезжаешь на место преступления, но еще и милуешься с журналистами, которые завтра напишут, какое ты чудовище."

"– Мне безразлично, что думаю люди, Эми. Знаешь, что такое свобода слова? Это когда народу дают иллюзию, что он умеет думать и формировать свое мнение, когда на самом деле он повторяет то, что ему внушают. Мозгов у народа нет. Куда укажут, туда и смотрит. Всем нравится считать меня злодеем. Пусть считают. Завтра найдут другого козла отпущения и будут доставать его, а я выдохну. Или не найдут. И будешь носить мне буханки с заточками в тюрьму, ведь ты такая хорошая подруга.

Я молча хлопаю ресницами.

Спокойствие Лео меня поражает. В прошлом году, когда люди осуждали его за защиту известного киллера, все было иначе, ведь большинство поддерживало убийцу. Киллер или серийный маньяк – общество так и не узнало, кто он, – убивал влиятельных людей, но не обычных, а тех, кто совершал преступления и покупал себе свободу. Он вроде героя, который карал безнаказанных господ.

Только вот оказалось, что это был не один человек, а международное тайное общество. Оно создало машины для убийств. Я знаю немногих. Лео. Стелла. И главный экспонат – Ева. Самая жестокая и чокнутая среди них, ведь «Затмение» основательно промыло ей мозги еще в детстве, воспользовавшись ее психологической травмой после изнасилования.

Киллер убил кучу народа. Его прозвали Призрачным дьяволом. Но едва ли люди, кроме тех, кому было чего бояться, считали его злом.