Укротить дьявола

 – Вдруг ты ошибаешься? Вдруг он жив? Ты не можешь просто взять и сбежать! Снова…"

"– Даже если ошибаюсь, – он вытирает большим пальцем слезы с моей щеки, – расследование на днях завершится. Все против меня. И ты уже давно поняла, что это единственный шанс уйти из «Затмения». – Малахитовые глаза Лео скользят по моим губам, будто мужчина хочет податься вперед, но запрещает себе, поэтому лишь хмурится и глубоким голосом добавляет: – По-другому они меня не отпустят.

Его взгляд кажется стеклянным, когда он намеревается попрощаться со мной в последний раз, и я хочу выпрыгнуть из машины, только бы не слышать этого, ведь с уходом Лео в моем сердце провалится фундамент в том самом месте, которое я ретиво восстанавливала после исчезновения Лео, там снова образуется черная пропасть.

Я так и не смогла отказаться от Лео.

Он вернулся.

И опять бросает меня.

Так будет всегда.

Говорят, что иногда нужно просто сдаться, принять неизбежное, и сейчас я ловлю себя на мысли, что пришло время и мне перестать сажать семена на мертвой земле.

– Знаешь, – я открываю дверь и выбираюсь из «Лексуса», – самое ужасное в нашей истории, что я всегда любила тебя намного больше, чем ты меня. Еще до потери памяти. Хотя… кого я обманываю? С чего я вообще решила, что ты меня любил? Я была готова отдать ради тебя все. А ты просто бросил меня. Исчез. Сбежал. И делаешь это снова. Беги. Проваливай, куда хочешь. Надеюсь, там ты будешь счастлив. Прощай, Лео.

Я резко закрываю дверь. Раздавшийся хлопок кажется мне собственным падением с высоты и ударом о землю… о реальность, где мы никогда не могли быть счастливы.

– Эми, – надрывным голосом зовет Лео, но я несусь по дороге, лишь бы его больше не слышать.

Никогда.

* * *– Ты плачешь? – спрашивает Виктор, касаясь теплыми шершавыми пальцами моего лица. – Что эта сволочь тебе наговорила?

– Не важно. – Голос дрожит, но я изо всех сил стараюсь отвечать спокойно. – Мы идем в дом?

– Уверена? Ты выглядишь как сдутый шарик.

Янтарные глаза Шестирко будто погружаются в мои, желая, чтобы я поделилась тем, что спрятано глубоко в душе.

Я сцепляю пальцы, чтобы они не дрожали.

– Сам ты шарик. Уверена. Мне нужно отвлечься. И я хочу увидеть, что происходит. Пожалуйста.

Виктор вздыхает и кивает на белый кирпичный забор, у которого стоят машины правоохранительных органов.

Я молча бреду за другом. Каждый шаг отзывается болью, желанием упасть на колени и лить слезы, словно Лео не уехать решил, а умер и одно из надгробий за домом жертвы принадлежит ему. Однако его имя выбито не на куске холодного камня. Оно вырезано в моем сердце. Я знаю, что каждый раз, когда я буду вспоминать Лео, это клеймо будет обжигать и ныть.