Укрощение строптивой (СИ)

Довела меня до разрядки быстро. Да я и сам был готов уже давно. Выплеснул в неё даже не знаю сколько. Она сама не отпускала меня, пока я не закончил. Всё ещё держа меня во рту, подняла глаза вверх и посмотрела. Моя грудь ходила, вдох-выдох, вдох-выдох. Сердце бешено колотилось.

— Не захлебнулась? Вкусно?

Она наконец выпустила меня. Посмотрела с интересом, держа моё естество в руке. Облизала на последок, даже причмокнула.

— Нет, не захлебнулась. Очень вкусно. Апельсином пахнешь и вкус такой же. Я сегодня своего мужа на вкус попробовала. Понравилось. Спасибо, Стёпа, накормил.

— Так это ты мне специально сегодня апельсины скармливала?

— Конечно! Накормила бы чесноком, чесноком бы пах. Накормила бы рыбой, вкус рыбы был бы. А я люблю апельсины!

Поцеловала меня в живот, потом взяв опять в руку моё хозяйство поцеловала и его.

— Какой хороший мальчик! Только что кончил, а он у тебя все, как дрын, наряжён. Пора дорогой. Девочка соскучилась по своему мальчику. — Погладила. Посмотрела на меня снизу вверх. — Что, Стёпушка, улыбаешься? Понравилось?

— Спрашиваешь. Я с первого дня твоего замужества хотел, чтобы ты это сделала. Но ты же вредная коза была.

— Вредная, любимый. Но теперь вредной не буду. Теперь я тебя постоянно, прежде чем отсосать, апельсинами и яблоками кормить буду. Я сладкое люблю. Так, помоги мне лечь правильно. Тебе сейчас меня разрабатывать придётся.

— Стёп, ты что песенку такую не знаешь? — Кристина смотрела на меня веселыми глазами, в которых прыгали бесы.

— А такую: «Я три недели не еб…ь в пи…е плесень завелась. Не приедешь ты к утру, отдамся кучеру Петру»!

Я вытаращил на неё глаза.

— Крис, ты в своём репертуаре! Я оглох! Это же пошлятина!

— Что естественно, то не безобразно! Хватит тут мне вату катать. Делом займись. Ты мужик или кто?

Ладно. Разложил её. Она смотрела на меня улыбаясь.

— Стёпа, подожди. Достань там из кресла в кармашке.

— Достань. Увидишь.

Слез с кровати. В кармане кресла лежал интимный смазывающий гель. Посмотрел на жену.

— Дай сюда. — Требовательно протянула руку. Отдал. Она смазала себе. — Иди сюда. — Смазала мне. Потом протянула руки. — Иди ко мне мой сладенький. — Я засмеялся.

— Кристина! Ну ты даёшь!

Протягивая ко мне руки, пошевелила пальчиками.

Опять вспомнил её разговор с Ирмой. Нависая над ней, спросил:

— Когда это тебя заботило, Стёпа? Ты же не спрашивал меня, тяжело мне или нет. Просто складывал меня вдвое и имел в своё удовольствие.

— Не раздавишь. — Обняла меня за шею. — Я хочу этого. Хочу почувствовать твой вес. Хочу вновь стать женщиной! Неужели ты этого не понимаешь, родной мой?

Навалился. Просунул руки ей под спину и схватил за плечи. Стал целовать шею, лицо, губы. Она откинула голову назад, закрыла глаза и чуть приоткрыла рот. Накрыл своими губами её. Она отвечала.