Укрощение строптивой (СИ)

Тёрлись об него в сладостной неге. Я держал ей за бёдра. Страсть стала нарастать. Её движения ускорились. Она стонала. Переместил руки ей на спину, прижал к себе и стал помогать ей насаживаться. Громкость её стонов возрастала. Наконец по её телу побежала дрожь. Задрожала правая нога. Это говорило о том, что её настиг оргазм. Она совсем громко закричала с надрывом. Я ещё плотнее прижал её, перевернул на спину и сам стал её раскачивать толчками, буравя её лоно, входя резко и до упора. Её продолжало трясти, когда я сам взорвался в ней сильным семяизвержением. По инерции ещё продолжая двигаться, но мои толчки замедлялись. Ирма же выгнулась, вцепившись мне в плечи и разведя ноги в максимально в стороны. Вот я замер, навалившись на неё всем весом. Наши сердца стучали сумасшедшими молотобойцами. В какой-то момент, Ирма свела ноги, обхватив меня ими с боков и скрестив на моих ягодицах.

— Боже мой. — Она вдруг заплакала. — Неужели я опять это чувствую.

Я целовал её в заплаканные глаза. Стал успокаивать. Вот она затихла, обнимая меня за шею. Прижимаясь своей щекой к моей.

— Ирма, извини. Я не сдержался. В тебя кончил. Глубоко.

— Правильно, родной мой сделал. Никогда со мной не прерывайся. У меня от твоего оргазма и выброса спермы, ощущения только усиливаются и становятся сильнее.

— И что? Ты боишься? Стёпа, я не пятнадцатилетняя сыкуха. Мне 39 будет. Ну залечу и залечу. Рожу значит. Или ты против?

— Да я как-то и так многодетный папаша. Четверо у меня, Ирма!

— Стёп, где четверо, там и пятеро. Будет большая, дружная и многодетная семья, если ты этого захочешь. А если что, то ты ничем мне обязан не будешь.

— Что, Ирма, песнь запела одинокой и гордой женщины? Как это ничем не обязан? Или ты думаешь я от своего ребёнка откажусь?

— Ну тогда чего волнуешься? Лучше ещё раз меня трахни. Я так соскучилась. Ты даже не представляешь. Кстати, ты мне зад смазал. — Смотрела мне в глаза и улыбалась.

— Что, в зад хочешь?

— А почему нет? Я помню, как ты меня туда отодрал. У меня он потом болел.

— А если опять болеть будет?

— Будет. После тебя я туда никому не давала.

— Ну и в чём же тогда кайф?

— Как в чём, милый? В процессе. Я ведь несмотря ни на что кончила тогда раза два. Тем более, в тот раз было без смазки, а сейчас ты сам мне там всё смазал. Можно ещё добавить, если мало.

— Ты такая развратная?

— Развратная. С тобой хочу быть развратной. Ну так что?

— Ирма, я тебе что, отбойный молоток? Дай отдохнуть. Мне не 20 лет. И вообще, пошли в спальную.

— Ты зовёшь меня в вашу с Кристиной спальную?

— Зову. Ирма, раз уж у нас так сложилась. Дети общие. Ты не чужой человек. Пожениться нам нужно. Но не сейчас. Надо год выдержать после смерти Кристины. И исполнить её последнюю волю.

— Она хотела, чтобы ты стала матерью нашим с ней детям.