Укрощение невесты

На лице женщины попеременно отражался то ужас, то восхищение, хотя, возможно, она просто пыталась удержаться от смеха, Мерри подумала, что ей тоже было бы смешно, если бы не было так больно.

— А что сказал на это ваш муж? — спросила Уна, справившись с эмоциями.

Мерри пожала плечами:

— Ничего. Он, как я уже тебе говорила, был мертвецки пьян.

Уна всплеснула руками:

— Я имела в виду, что он сказал, когда все это увидел? Сегодня утром?

Мерри совершенно не помнила, как ее утром будили и поднимали с постели, хотя все это определенно было, поскольку окровавленные простыни унесли.

— Не знаю, — угрюмо призналась она. — Я проснулась только сейчас.

Уна немного подумала, потом заявила:

— Наверное, это он поднял тебя с постели, чтобы забрали белье, а потом уложил снова.

Мерри снова пожала плечами. Она думала, что, вероятно, все так и было, иначе у нее остались бы хотя бы какие-нибудь смутные воспоминания. Но такое поведение предполагало внимание и доброту с его стороны. А эти качества у нее никогда не ассоциировались с пьяницами. Их действия всегда были эгоистичными и бездумными. Во всяком случае, она так считала. Правда, ее отец и братья иногда демонстрировали удивительное добродушие, когда бывали трезвыми, но это, к сожалению, случалось крайне редко и всегда заставало ее врасплох.

Вздохнув, она подошла к ванне и наклонилась, чтобы попробовать воду. Убедившись в том, что температура воды вполне приемлемая, Мерри переступила через край и поморщилась — снова дал о себе знать глубокий порез. Предполагая, что от ароматной воды ранку начнет жечь, девушка заранее приготовилась, но все же негромко вскрикнула, когда садилась и вода покрыла бедра. Боль была сильнее, чем она ожидала, и Мерри стиснула зубы и закрыла глаза, чтобы непрошеные слезы не потекли по щекам.

Она снова раскрыла глаза, когда над ней озабоченно закудахтала Уна:

— Что вы с собой сделали, девочка моя? В воде кровь. Встаньте, я посмотрю.

Мерри опустила глаза и увидела, что в воде действительно расплывается кровь. Она текла из ранки на правом бедре. Прикусив губу, она встала, чтобы Уна оценила повреждения.

— Боже правый! Что вы хотели сделать? Отрезать ногу?

— Все не так плохо, — раздраженно ответила Мерри, хотя ранка болела сильно. Было больно, даже когда она стояла, но в воде боль становится еще сильнее! Она не собиралась делать такой глубокий разрез, но что теперь об этом говорить. Дело сделано. К тому же она чувствовала себя очень глупо. Оказалось, что второй раз можно было и не резаться.

Укоризненно покачав головой, служанка предложила Мерри сесть в ванну и продолжить мыться. Девушка так и сделала, стиснув от боли зубы.