Укрощение невесты

— Нет, — сказала Мерри, — по крайней мере, не всегда. Алекс заподозрил что-то неладное и два вечера не пил вообще ничего, но симптомы не исчезли. Поэтому он решил, что страдает от какой-то болезни. И только когда я использовала вино, чтобы приготовить тонизирующее питье для Годфри, на которое он среагировал весьма своеобразно, стало ясно, что без какого-то зелья тут не обошлось.

— В ту ночь оно было в вине?

— Должно быть, да. Я же дала Годфри вино.

— А в твоей кружке ничего не было?

— Нет, — ответила Мерри и осеклась.

— Что? — заволновалась Эвелинда и придвинулась ближе.

— Понимаешь, я едва пригубила вино. Потом пришел Герхард и сказал, что с моей кобылой не все в порядке. Мы пошли смотреть, а когда вернулись, у меня уже не было возможности выпить вина. Поэтому я не знаю… — И она беспомощно пожала плечами.

— Так что, выходит, вино в бутылке было отравлено, — заметила Эвелинда.

— В ту ночь — да, — согласилась Мерри. — Но питье не могло быть единственной причиной, иначе как объяснить его состояние, когда он вообще ничего не пил.

— Может быть, что-то было в пище? Или в напитках, которые он пил до того, как сесть за стол? — предположила Эвелинда. — Он пил эль или медовуху на тренировочном поле? Или на постоялом дворе перед ужином?

— Я не знаю, — грустно призналась Мерри. Она только теперь поняла, как мало знает о привычках своего мужа. Во время путешествия они практически постоянно были вместе, но в д'Омсбери почти не виделись. Мерри тратила все свое время на то, чтобы изучить дом, освоить дела, познакомиться с людьми, привыкнуть к ним. Она знала, что Алекс много работает, занимается замком, но она проводила с ним совсем немного времени и понятия не имела о том, что он ест или пьет вне дома.

Эвелинда нахмурилась и после недолгих размышлений предположила:

— Возможно, легче вычислить, кто стоит за этим, чем где и когда все происходило?

Мерри тяжело вздохнула. Ей эта задача вовсе не казалась легкой. Она прожила в д'Омсбери всего три недели и не успела хорошо узнать людей. Много времени она проводила только со своей служанкой Уной и с леди Эддой. Оставив свои опасения при себе, она спросила:

— А как мы это сделаем?

Эвелинда пожала плечами и заявила:

— Очень просто. Будем рассуждать. Кому все это выгодно?

— Ну, я не знаю, кому выгодны покушения, но единственный человек, который выиграл оттого, что ему подмешивали зелье, это я, — усмехнулась Мерри и густо покраснела, заметив понимающие улыбки на физиономиях собеседников. Даже Каллен Дункан сдавленно хихикнул, и в его глазах заплясали веселые огоньки. Мерри проигнорировала насмешки и добавила: — Но я его не травила. Да и вообще не вижу во всем этом никакого смысла.