Укрощение зверя

– Его нельзя здесь оставлять, – буркнул Илья.

– Раненый, он далеко с вами не уйдет.

– Подлечим.

Из-за двери прилетел леденящий душу человеческий вопль. В дыру влетела световая спираль, ударилась в постамент с плитой Врат, проделав в нем дымящийся шрам.

Волхв и Витязь переглянулись.

– Надо полагать, прибыли силы посерьезнее.

– Черный Вей?

– Нет, скорее всего жрец Храма.

– Хрис! Я задержу его! – Георгий махнул рукой своим подчиненным, все четверо выскочили из помещения.

Ратников едва не упал, и его поддержал Антон.

– Куда тебя ранило?

– Выше ключицы… слава богу, легкое не задето!

– Давайте побыстрее, парни, он теряет силы!

Иннокентий подошел к постаменту с плитой, дотронулся до нее пальцем. Золотое пламя стекло с руки и с пальца на плиту, одевая ее в ореол золотых искр. Выпуклая кривляющаяся морда Зверя на Вратах вдруг стала втягиваться в плиту, уменьшаться, пока не стала просто изображением чудовища, прорисованным острым резцом на камне.

– Клади, – кивнул волхв.

Данила, сглотнув слюну, опустил последнюю дощечку руновязи в центр рукотворного креста. И тотчас же над плитой столбом встало призрачное розоватое сияние. Плита крякнула, будто на нее упала тяжелая металлическая болванка. Изображение морды Зверя исказилось, словно ему стало больно. Раскрылась чудовищная клыкастая пасть, как бы собираясь проглотить деревянные дощечки рун.

Иннокентий снял с шеи шнурок с плоским металлическим кругляшом Шри Янтры, коснулся им плиты.

– Мракотворь, откройся! – прозвучал громовой голос волхва.

Молния пронзила столб розового сияния, и на месте Лика Беса возникла расширяющаяся к краям плиты черная воронка с бешено вращающимися краями.

В бункере появились Влад и Шурик.

– Прыгайте!

Подчиненные Георгия беспрекословно последовали приказу, шагнув в воронку, как в воду, и сразу же исчезли.

– Максим!

Бусов, зачарованно уставившийся на плиту с дырой, вздрогнул, шагнул к постаменту, как сомнамбула. Антон взял его за плечи, встряхнул.

– Мы тебя догоним, ахнуть не успеешь.

Максим шагнул в черный вихрь, пропал.

За ним прыгнул в воронку Данила.

– Антон, отвечаешь за него! Вперед!

Громов махнул рукой жене, нырнул головой в воронку, словно нырял с обрыва в омут.

– Женщины!

С тихими вскриками в воронке скрылись Валерия и Владислава.

– Ратников!

Илья помог раненому полковнику добраться до Врат, и тот буквально упал в воронку, словно потерял все силы.

– Пашин!

Илья занес ногу, но задержался, так как стены бункера вдруг заходили ходуном, а металлическая сетка стала плавиться и струйками стекать на пол.

– А вы?

– Мы задержим бесов! Уходите!

Илья задержался еще на мгновение, удерживая в памяти образ – не старика, но воина! – и прыгнул в жидкую с виду воронку метафизического смерча.