Укрощение Рики (ЛП)

Казалось, струи дождя оплакивают его самого, и монгрел, как и ливень, рыдал и не мог остановиться. Слезы текли не от физической боли, хотя наказание было до крайности суровым. Сердце жгла горькая обида — обида на хозяина, который выплеснул свой гнев и вышвырнул пета вон, как щенка; обида на несправедливо жестокое наказание за поступок, о котором он сам искренне и глубоко сожалел. Подойдя к перилам, Рики почувствовал, как изнутри наплывает могучая тьма, которой невозможно противиться; внезапно он как на ладони увидел ответ на все свои мучительные вопросы. Решение показалось таким простым и очевидным, что монгрел и сам удивился, как оно раньше не пришло ему в голову. Он взобрался на перила и выпрямился в полный рост, глядя на раскинувшийся внизу город. С грустной улыбкой он подумал, каково это будет — захватывающий дух полет над Танагурой, всего пара мгновений, последний гордый шаг к свободе от невыносимого существования.

Дэрил с опаской приблизился к хозяину — тот явно пребывал в крайне отвратительном расположении духа.

— Ну, в чем дело, Дэрил? — со вздохом спросил Ясон.

— Это было в тот вечер, когда вас отравили, господин Ясон. Господин Рики пытался убедить господина Рауля отнести вас в душ, но господин Рауль отказывался. Господин Рики принялся его умолять и согласился сделать все, что господин Рауль скажет. Потом все и произошло. Господин Рики, он… плакал.

Ясон сидел как громом пораженный. Рауль, безусловно, забыл упомянуть все эти существенные детали. Он заставил Ясона поверить, что соблазнил Рики лишь для того, чтобы доказать, что монгрел в принципе не способен хранить верность. Блонди вздохнул, откинув голову на спинку кресла. Давно уже пора на горьком опыте научиться не доверять Раулю в личных вопросах. Что ж, завтра его бывшего любовника ждет нелицеприятный разговор.

— Почему ты раньше молчал? — строго спросил Ясон у Дэрила.

Фурнитур виновато повесил голову.

— Простите, господин. Мне очень жаль. Господин Рики попросил ничего не говорить.

— Кто твой хозяин — господин Рики, или я?

— Вы, господин Ясон, вы — мой хозяин. П-п-простите меня!

— На будущее. Я настоятельно требую докладывать о подобных вещах без промедления. Все ясно?

— Да, хозяин.

— Можешь идти. Вопрос твоего наказания оставляю пока открытым.

— Слушаюсь, хозяин. Извините.

Дэрил поклонился и, пятясь, вышел из комнаты.

Итак, его пет принес себя в жертву заклятому врагу, чтобы спасти жизнь хозяина. И наградой за это стало жестокое наказание, да еще тем самым способом, который монгрел всем нутром ненавидел.

— Эх, Рики! — вздохнул Ясон и взглянул в сторону балкона, внезапно вспомнив, что пет вышел наружу в проливной дождь. По стеклу хлестали такие потоки, что ничего не было видно.