Укрощение Рики (ЛП)

— Ясон… не могу же я так… на твоих глазах. Ты не мог бы позвать Дэрила?

— Я мог бы. Но не собираюсь.

— Только не так… когда ты меня держишь… Пожалуйста, Ясон! Неужели ты… не понимаешь?"

"— Непростой выбор, да? Хочешь — цепляйся за глупую гордость и продолжай страдать, а хочешь — урони свое достоинство и облегчись.

Ясон тонко улыбнулся, его взгляд сверкал холодными голубыми искрами. Рики сглотнул и закрыл глаза, остро переживая свой позор. Он все-таки облегчился, и острый запах мочи только усилил и без того невыносимый стыд.

Открыв глаза, он увидел, что блонди победно сияет.

— Хороший мальчик, — похвалил он шепотом и ненадолго вышел.

Вернувшись, он, к великой радости Рики, отстегнул одну из манжет, и рука пета бессильно повисла. Хозяин освободил вторую руку, затем — ноги. Он отнес монгрела в угол у кровати и посадил на цепь. Рики рухнул на пол, свернулся калачиком и вскоре провалился в сон.

Блонди с улыбкой смотрел на своего пета. За одним единственным исключением, гордый монгрел вытерпел наказание, не сдавая позиций. Непокорство пета ставило в тупик, но его решимость вызывала восхищение.

Несколько дней Рики провел в цепях. Ясон вернулся к прежней практике, заставляя пета сношаться на его глазах — он прекрасно знал, что монгрел ненавидит это занятие всеми фибрами души. Хотя сам он изнемогал от желания, блонди хотел, чтобы Рики изнемогал еще сильнее.

Как-то раз, проходя мимо своего пета, он услышал, как монгрел тихим шепотом произнес его имя. Ясон застыл на месте, по звону цепей догадавшись, что тот подходит ближе. Рики обвил хозяина руками и крепко прильнул к его спине.

Блонди прикрыл глаза, словно вбирая в себя этот миг, потом стремительно обернулся, отстегнул цепь и потащил своего пета в кровать. Монгрел загорелся желанием не меньше, чем его хозяин, и оба наконец-то достигли в постели полного взаимопонимания. Рики удивил Ясона не свойственным ему энтузиазмом: он сам так и тянулся к члену хозяина, покрывая все его тело дразнящими ласками.

Ясон распалился дальше некуда. Его возбуждение все нарастало, и он целовал монгрела жадно, почти безжалостно. И все же, покорность, завоеванная с таким трудом, заслуживала особой награды. Перевернув пета на спину, блонди прижал его бедра к плечам, чтобы обнажить соблазнительный вход.

— Тебе ведь нравится, когда я так делаю? — прошептал он, проникая языком внутрь.

Стон Рики не оставлял сомнений в том, что ответ положительный. Блонди дарил ему удовольствие любящими, неторопливыми движениями, хотя его собственная жажда становилась почти нестерпимой. Забрав член своего пета в рот, он продолжил ласкать его анус пальцем, уже по опыту зная, что такое сочетание не оставляет темноволосого монгрела равнодушным.