Укрощение любовью, или Уитни

Она просто не могла поверить, что мистер Уэстленд и был тем соседом, о котором с таким одобрением говорил отец. Девушка сделала гримаску, вспомнив, что он приглашен на сегодняшний вечер. Боже, да этот наглец невыносимо груб, нестерпимо дерзок и возмутительно высокомерен! Как мог он понравиться отцу?

Все еще пытаясь решить эту загадку, она вошла в комнату для рукоделия и села рядом с теткой.

– Никогда не угадаешь, кого я сейчас встретила, – объявила она, но в это момент Сьюелл, старый дворецкий, деликатно откашлялся и объявил:

– Леди Амелия Юбенк желает вас видеть.

– Меня? Господи Боже, зачем? – побледнела Уитни.

– Проводите леди Юбенк в гостиную, Сьюелл, – велела Энн, с любопытством разглядывая племянницу, которая в полном отчаянии оглядывалась в поисках места, где бы скрыться. – Почему ты так встревожилась, дорогая?

– Ты просто не знаешь ее, тетя Энн. Когда я была маленькой, она вечно кричала на меня и приказывала не грызть ногти.

– Ну что же, по крайней мере ты ей была не настолько безразлична, раз она все-таки каким-то образом пыталась воспитывать тебя, чего нельзя сказать о большинстве твоих знакомых.

– Но мы были в церкви! – с ужасом вскрикнула девушка.

Улыбка Энн была сочувственной, но достаточно твердой.

– Признаюсь, это не слишком умно и весьма откровенно, однако четыре года назад, когда ваши соседи являлись с визитами, леди Юбенк была единственной, сказавшей о тебе доброе слово. Она заявила, что ты обладаешь несомненным мужеством. Кроме того, она пользуется огромным влиянием во всей округе.

– Это потому, что все ее боятся до смерти, – вздохнула Уитни.

Когда дамы вошли в гостиную, вдовствующая леди Юбенк как раз внимательно изучала фарфорового фазана. С презрительной гримасой поставив статуэтку на каминную полку, она заявила Уитни:

– Это безобразие, должно быть, прекрасно отражает вкусы вашего отца. Матушка ваша ни за что бы не потерпела такого в своем доме.

Уитни открыла рот и безуспешно попыталась что-то сказать. Леди Юбенк ощупью отыскала на своей необъятной груди монокль, висевший на черной ленте, подняла его к глазам и подвергла Уитни внимательному осмотру с макушки до кончиков пальцев.

– Ну, мисс, что вы можете сказать? – грозно вопросила она.

Подавив ребяческий порыв заломить руки, Уитни вежливо ответила:

– Счастлива вновь видеть вас после стольких лет, миледи."

"– Вздор! – фыркнула вдова. – Вы по-прежнему грызете ногти?

Уитни едва не закатила глаза, но вовремя опомнилась.

– Нет… говоря по правде, нет.

– Прекрасно. У вас неплохая фигура и миленькое личико. Ну а теперь перейдем к причине моего визита. Вы все еще намерены заполучить Севарина?

– Я… я… что?

– Молодая леди, из нас двоих именно мне следовало быть глухой.