Укрощение демонов

Если какие-то определенные слова, даже жаргонные, фамилии, наименования должностей встречаются в разговоре, робот сразу реагирует, проводит регистрацию абонента и включает запись. И потом ваш телефон автоматически ставят на длительный контроль и анализируют все ваши связи и интересы, вплоть до отношений с женой. Дополнительно собирается информация о круге вашего общения — куда ходите, какие общественные мероприятия посещаете, и прочее. На основе этих данных на человека составляется подробное досье. Система советская, отработанная, и никуда от нее не спрятаться.

— В тайгу приезжайте, — сказал Скворечня. — Если понадобится, я вас на заимке спрячу.

— Спутник все равно найдет, — безнадежно махнул рукой командир взвода. — Без связи с внешним миром человек не может жить. А любая связь, даже простой радиоприемник, выдаст, когда новости слушаешь. А как без новостей? Хочется знать, может, уже и выбираться пора, может, другое время пришло. Один режим скинули, еще хуже выбрали, потому что такого, какой вам нравится, никто не предлагает. Но лучше, чтобы не было причины прятаться. Так спокойнее. Делай свое дело, по возможности делай его хорошо, а в чужие дела не суйся. Тем более в политику.

— А Дамадаев? — спросил я, возвращая разговор к конкретной теме."

"— Он — ментовский стукач. Менты его поддерживают финансово. А ФСБ, как я подозреваю, как обычно, на халяву работает. Чужими руками каштаны из огня таскает и пользуется данными, которые получает. Вот они и подслушали мой разговор с Абубакаром Магометовичем и позвонили, спросили, что требуется сообщить в антитеррористический комитет, чтобы через них потом передать информацию подполковнику Рябухину.

Едва старший лейтенант закончил говорить, как снова торопливо полез за телефоном. Новый звонок нарушил тишину башни. Командир взвода посмотрел на определитель номера и довольно хмыкнул:

— Старший лейтенант Тицианов, слушаю вас, Ганипа Бекбулатович. Да. Хорошо. И что подполковник сказал? Хорошо. А из антитеррористического комитета кто-то может ваши слова подтвердить? Нет, не знаю. Резонно. Не могу вам ничего возразить. Не думаю, что это нас смутит. Хорошо. Мы ждем.

Старший лейтенант убрал мобильник и посмотрел на нас сверху вниз. Не каждый командир взвода со своими солдатами почти на равных общается. Наш общается. Это его манера поведения. И потому он объяснил.

— Антитеррористический комитет передал наши данные подполковнику Рябухину. Подполковник сообщил, что они нашли вход в подземелье и ведут бой. Подземелье наверняка имеет еще несколько выходов, и потому приходится контролировать большое пространство. И никого сейчас снять с задания не может без ущерба самой операции.