Украсть право первой ночи

Увезти невесту в другое графство непросто, мало кто решается.

– А как это происходит, ну… с графом? – тихо спросила Мариса. – Расскажи. А то правда страшно.

– Да чего там страшного, вот глупая, – махнула рукой Лайна. – Граф красивый мужчина. Самый красивый, наверное, из всех, что я видела. Спальня у него такая богатая, что голова кружится. Пахнет приятно. Постель и правда шёлковая.

– Да ладно тебе – спальня, постель! Я ведь не об этом! – поморщилась Мариса.

– Да чего там остального? Приходит граф в бархатном халате. Разговаривает. Вино разведенное сладкое даёт в серебряной чаше. Ну и… всё вроде быстро. И не больно, поверь мне. С мужем первое время хуже было, – Лайна усмехнулась, а Мариса отчего-то почувствовала, как загорелись щёки.

– А что потом? – всё-таки поинтересовалась она.

– А потом ты сладко спишь, а наутро тебе приносят кашу, булочки и сладости, и горячий взвар. И графский подарок на отдельном блюде. А графа ты больше в глаза не увидишь. Вот, теперь ты всё знаешь, довольна? – и непонятно почему Лайна рассердилась.

– Мне очень хочется понять, зачем это графу, – сказала Мариса. – Правда не понимаю. Ну как можно… хотеть этого со всеми девушками графства?..

– Ну как зачем?! Тебе же сказано – сила разлилась! – Лайна рассмеялась, но как-то не весело. – Осмелится на это трудное дело твой супруг – и утонет в силе этой на веки вечные!

Мариса фыркнула, и чуть не пожелала Реддиту утонуть хоть в силе, хоть где, и не всплывать…

Ох, Пламя. Нельзя такое желать, конечно, никому, а особенно жениху. Но что делать, если другого желать не хочется?

Тогда, конечно, лучше помолчать.

Бельё уже было сложено всё до последней вещички, и тут зашла мельничиха, окинула подруг придирчивым взглядом.

– И любите вы болтать, сороки. Мы с ног сбиваемся, свадьба ведь. Мариса, дочка, вроде это и не полагается, но уж очень эсс Реддит желает тебя в гости зазвать, ненадолго. Поговорить, дом показать. Ничего, милая, сходи. Окажи уважение, в этом плохого нет.

– Не пойду я, – воскликнула Мариса. – Сами, матушка, говорите, что не полагается. Что я такого увижу в его доме?

– Сходи, – строго нахмурилась мельничиха. – Он тебе лавку покажет, помочь там, может, надо, и с конторскими книгами. Ты у нас читать и писать мастерица, а золовка твоя будущая не очень. А матушка их по делам в город уехала.

– С конторскими книгами? – удивилась Мариса. – Шутите, матушка?

– Сходи, – решительно велела мельничиха. – Реддит будет твоим мужем, его тебе уважать надо, помогать. Если зовёт, значит надо.

– Хорошо, схожу, – сдалась Мариса, и пошла за названой матерью.

В передней комнате переминался с ноги на ногу лавочник, а на столе красовался внушительных размеров узорчатый коробок с конфетами и сахарными орехами.

Мариса поклонилась жениху, тот тоже поклонился.