Чужая невеста. Я тебя украл

Я не планировал ей лгать, хотел решить все тихо… Не желал вмешивать ее в собственные семейные дрязги.

Я хотел… Черт, сам до конца оформить не успел, чего именно мне хотелось! Хотел просто воспользоваться связями семьи, чтобы избавиться от Джафарова, а потом решить вопрос с женой: тихо развестись. Потом бы подготовил Лею, плавно подвел к правде.

Лея как маленький, дикий зверек, которого сложно сделать ручным при помощи резких жестов. Нужно приручать постепенно, с лаской и постоянной заботой, с усердным вниманием и трепетом. Все усилия воздаются, все не напрасно. В ответ она способна одарить такой лаской и заботой, такой искренностью, каких я не встречал прежде ни в ком. Нигде… Только в ней есть это.

Мама поднимается степенно, подходим ко мне с распростертыми объятиями, тепло обнимает, гладит по плечам, с любовью меня рассматривает:"

"- Я так соскучилась по тебе, мой мальчик! Ты вымахал и стал еще больше, чем я помню! Возмужал. А руки… - она с сожалением проводит пальцами по моей ладони. - Руки загрубели, Аслан! Может быть, хватит таиться от своей семьи?

- Поговорим не здесь, мама, я же просил вас.

- Почему мы рядом с Наирой поговорить не можем? - уточняет мама, оскорбившись.

Она в Наире души не чает, всегда мечтала именно о такой дочери - рассудительной, почтительной, любящей! Не чета моим сестричкам… Они еще слишком малы, чтобы вести себя благоразумно, больше шалят. Хотя… Я не видел их так давно! Соскучился безумно! Вполне возможно, что они повзрослели, став почти невестами. Я и по родителям немного скучаю, несмотря ни на что. Невзирая на то, что они меня обманули и ввели в заблуждение, ненужный мне брак навязали и пытались контролировать всю мою жизнь!

- Давай просто отойдем? - настаиваю я.

- Как знаешь, - оскорбленно поджимает губы. - Дочка, я скоро вернусь, - бросает Наире перед тем, как покинуть ее.

Мы отходим на приличное расстояние. Мама сетует на то, что я не уделяю достаточно внимания своей жене, а я едва ли воспринимаю ее как женщину. Скорее, законная жена мне в тягость. Ничто во мне на нее не откликается, мертво абсолютно!

- Мама, вы неисправимы. Все так же ворчите на все подряд, - качаю головой. - И пытаетесь достучаться в ту дверь, которая давно закрыта. Наглухо.

Мама красноречиво обводит роскошный холл взглядом и смотрит на меня:

- Так ли наглухо дверь закрыта? Вот ты здесь, вернулся в дом Салмановых!

Я не даю развернуться ее красноречию, спрашиваю сразу:

- Зачем вы приехали?

- Что? Ты не рад приезду родителей? Разве таким я тебя воспитывала?

Мне кажется, она понимает все прекрасно, но не теряет шансов вернуть меня в лоно семьи и прилагает все усилия для этого, сначала пытается достучаться до меня простыми разговорами.